b000000444

64 Л. Г. ГОРНФЕЛЬД. чают другую экспедицпго, пришедшую к ним павстречу с другоЁ сторопы. ВсселовсЕий говорил о другом, чего не касался Потсбня, — а в выводах они сходились. Те вопросы соотношения личного и грушювого элементов в литературном творчестве, которые у ІІотебни решались на основании исследования явлѳнпй языка и элемептар- ных поэтических форм, освещались у Веселовского по- средством изучеяия сложных форм. — сюжетов. поэтиче- ских видов и т. п. Потебня показывал, посредством истории глаголыюго СЕазуемого, что такоо громадное научное завоевание, как замена категории субстанциіг категорией энергии, имеет предпосылки в зкизни языка, в безличной молекулярной дзховной работе массы. Для Веселовского личный поэт связан нё только готовым каииталом поэтической речи, общей для всех, по еще и господством в дапный момент того или иного поэтиче- ского рода, модностью сюжетов, спросом на извест- ііыо жизненные ноложения: поэт застает обязатеиьные для мысли категории не только в языке, но и в высших формах поэзии. Так шли рядом, но раздельно. работы этих 5амечателыіых ученых, поддерживая друг-друга, создавая общие научные идеи. Похвастать тем, что работа, ііредуказанная в трудах ІІотебни, планомерно нродолжалась его младшими совре- мепниками, его негшсредствеиными ученикаыи, едва ли возможно. Кое-что делалось, но делалось вяло, часто но дилетантскп. Были, правда, работы Д. Н. Овсянико- Куликовского, были «Лезинские сборники»; несколько элементарных учебников (Гвоздикова, IT. 0. Когана) не илохо воспользовались кое-чем из идей Потебни. Бо тут