b000000444

ВЕСЕЛАЯ НАУКА. 219 Очевидно, оно может значить только «точноизображать» — и только в этом смысле стоит и должно спорить против тех. кто стоит еще на давно отвергнутой грубо-реали- стической точке зрения. Но такие ли доводы надо при- менять в этом случае: «живопись располагает не тремя, как нужно-бы, а только двумя измерениями, живописіі неподвижна и неизменна. тогда как в действительности все движется и беспрерывио меняет свой вид» (стр. 54)? Неужто это неизвестно и непонятно яе только публике, но даже части критиков и художников? Неужто проф. Шмит серьезно верит в существование живописцев, ко- торые надеются посредством полотна, кисти и врасок создать пахучую розу и кислый лимон? Едва ли где-ни- будь есть еще никогда не думавшие об искуестве люди, которые полагают, что задача искусства не только пра- вильно изобразить действительность, но в самом деле воспроизвести ее, создать ее второй экземпляр. И, ко- нечно. ішкак вельзя это дикарское и бессмысленное тол- кование задач искусства приписывать тем художникам, которые «идут в своей вере в правильность этого взгляда так далеко, что, когда им указывают на полное несоот- ветствие между изобралгенною на их картинах действи- тельностью и действительностью подлинноіо, как мы ее все видим, несоответствия и в линиях, и в красках,— они оправдываются утверждением: «а я так вижу» (стр. 58). Точку зрения обостренного и посдедователъного идеализма проф. Шмит смешивает здесь с воззрением примитивного, внехудожественного реализма: — для чего и почему? По основному пороку всей его книги: по полной неясности теоретической мысли.