b000000444

146 А. Г. ГОРНФЕЛЬЛ. повторив в растрепанной форме то, что в форме рацио- нальных определений так или иначе говорится в спокой- ных и увесистых курсах, он связал себя методом. Здесь поэма оказывается статьей, ссылка на некпе право поэзии уже не поможет, и оно тем удручительнее, что и в даль- нейшем, собственно, неожиданного по существу, нового, неизвестного о слове и звуке в языке Апдрей Белый не говорит ничего. И ни от глоссолалического вещания, ни от стихотворного размера и вздернуто-метафорического языка, ни от того, что язык назван здесь «танцовщи- цей мира», корни слов «змеиными шкурками», самое слово «бурей расплавлениых ритмов звучащего смысла», — ни от чего этого вопросы звука и слова не получают нп решения, ни новой постановки. 3. Глоссоладия вообше может нравиться и не правиться; но она хороша тем, что бесспорна. С ней не только нельзя спорить. как нельзя спорить с ноктюрном, с орнаментом, с егиаетской пирамидой. В своей области она царственна. Стихотворение Маяковского и картину Чурляниса вы можете, по крайней мере, разбирать, одоб- рять и не одобрять, пользуясь для того хоть до неко- торой степени общеобязательными доводами. Но какая цена вашим суждениям и оценЕам, вашему вкусу и ва- шему разуму пред лицом такого проявления человече- ского творчества: Фолдырь анидѳй Фолдырь мѳфи цариыѳй Царь мафамп цадарѳй,