b000000444

0 ХУДОЖЕОТВЕННОЙ ЧЕСТНОСТИ. 9 мы все зааем и ничего не ищем. й оттого мы страдаем скорее избытком, чем недостатком мировоззрения; наша жизнь кишит догматиками всех сортов. Никто не хочет учиться, все хотят учительствовать, и истина, уже всеми обретенная, перестает быть целыо двшкения, а становится средством застоя. Она у всех в кармане и стала карман- ной истиной. А о том, что для личности мировоззрение есть не статика, а динамика, не догмат, а движение, что истина познается только в процессе индивидуального познавания, об этом не думают. Требуют мировоззрения — да где улс мировоззрения, — были бы просто руки чисты, была бы элементарная, глупенькая, бедненькая честность: ведь и этого нет. В художественной литературе это особешю заметно. Еогда-то у нас требовали от художественных произве- дений идейности. Теперь это требование вымирает, и об этом можно только пожалеть. Не потому, чтобы оно было существенно, но потому, что смерть этого требовапия есть печалыіейший симптом. Идейность — законное требование, но в художественыом творчестве третьестепенное. Оно нредъявляется тогда, когда другие требования, более суще- ственные, цризнаны уже исполнепными. И в нем у нас всегда заключались все прочпе. 0 прочих не говорилось: они подразумевались. Между тем, о них падо говорить, ибо, чем далыие, тем больше они приходят в странное забвение. Жскусство может быть идейно, искусство может быть самоотверзкенно, искусство может быть всеобъемлюще, глубоко, высоко. Но оно имеет нраво быть маленышм, аитологическим, nature-morte; оно пмеет нраво быть не