b000000444

116 А. Г. ГОРНФЕЛЬД. требований, несправедливых обвинений. Но она знала, что ее обязанность пред обилгенными есть обязанность все-таки более сильного пред слабыми. М она как бы олравдывалась такими сборниками пред угнетенными ино- родцами в своей великодержавности, в угнетении, тень которого падает и на нее. Оправдыватьея всегда тягостно ужс потому, что qui s'excuse, s'accuse — и радости эти литературные оправдания не приносили никому. 'Геперь ноложение изменилось. Изменилось оно не в том, о чем говорится в нредисловии к новому сборнику, а в чем-то гораздо более валшом. «Революция, — сказано здось,— внесла много нового, как во внутреішіою лшзнь Финляндии, так и во взаимоотвошения ее с Россией. Но при всех этих изменениях одно осталось неизменньш: это незнакомство, нас, русских, с культурньши завоева- нияыи Финляндии, с ее бытом, литературою, искусством. Поэтому мы полагаеы, что наш сборник не только не утерял своей цели, но, наоборот, в дни, когда нацио- нальнай лшзнь грозит вырыть пропасть между двумя соседними деыократиями — сборник, преслсдующий цели культурного сближения. нужен больше, чеы когда-либо раньше». Оно, конечно,— раз сборник составлен и на- печатан, появление сго должно быть чем-нибудь оправ- дано. И оправданию, которое мы имеем на сей раз нред собоіі, ннкак невозыожно отказать в совсршенной осно- вательности и убедительности. Хотелось бы^ конечно, чтобы финны, заботясь о «целях культурного сближе- ния», отныне обращалпсь не только к русским читате- дям, но и к финляпдским, чтобы фпнская интсллиген- ция дслала в Финляндии по отношеншо к России то,