b000000444

СТРОИТЕЛЬСТВО ЖИЗНИ В РУССКОЙ ЛИТБРАТУРЕ. 107 сервативна в лучшем смысле слова. Ее консерватизм не политический, но бытовой, жизненпый, творческий. Бо- ролаеь она с самодержавием или мирилась с ним, она неизменно ценила устои жизни, трудовые, зиждущие, почвенные. Не вся она, как кажется поверхноетному \ наблюдению, сосредоточена, с одной стороны, на возве- личении идейного интеллигента и страждущего мужика и с другой, на сатирическом обличении всего мира рус- ской жизни, не входящего в эти излюбленные категории. В русской литературе есть кулак-купец, есть стяжательный поп, есть наглый и иевежественный офидер, есть бесчест- пый и неспособный взяточник-чиновник. Но в ней есть и хорошпй чиновние, и прекрасный священник, и чистый душой офицер, и деятельный честный купец. Прочитайте с этой мыслыо русских писателей, и нервокласных, и второстепенных — и вы найдете у них целую галлерею простых душой, ясных, нужных родииь тружеников, от иротоиерея Туберозова до офицера Маврикия Николаевича, от кпязей Болконских до купца Привалова, и так далее. Кто из русских нисателей, оставшихся в литературе, не иочитал труда, не изображал с нреклонением трудящегося человека, не пытался противопоставить несносному или премилому разгильдяю работника, строителя, хоть инородца, как иресловутые Косганжогло, Штольц, фон-Корен, хоть приобретателя, как Лопахин, но что-то создающего, реаль- пого создателя реальной жизни, а не милого никудыш- ника-мечтателя. Неладно было только то ; что Еостанжогло п Штольц были натугой. а Тептетншшв и Обломов были патурой, и самые задушевные свои склоішости писатели отдавали