— 328 — Тенерь отдыхай, ужъ не ступитъ нога Въ твое позлащенное стремя. Прощай, утѣшайся, да помни меня. Вы, отроки-други, возьмите коня! Покройте попоной, мохнатымъ ковромъ, Въ мой лугъ подъ уздцы отведите, Купайте, кормите отборнымъ зерномъ, Водой ключевою яоите». И отроки тотчасъ съ конемъ отошди, А князю другого коня подвели. Пируетъ съ дружиною вѣщій Олегъ При звонѣ веселомъ стакана; И кудри ихъ бѣлы, какъ утренній снѣгъ, Надъ сдавной главою кургана... Они поминаютъ минувшіе дни И битвы, гдѣ вмѣстѣ рубились они. «А гдѣ мой товарищъ», промолвилъОлегъ: «Скажите, гдѣ конь мой ретивый? Здоровъ ли? Все такъ же ль легокъ его бѣгъ? Все тотъ же ль онъ бурный, игривый?» И внемлетъ отвѣту: «На ходмѣ крутомъ Давно ужъ почилъ непробуднымъ онъ еномъ». Могучій Олегъ головою поникъ И думаетъ: «Что же гаданье? Кудесникъ, ты лживый, безумный старикъ! Презрѣть бы твое предсказанье! Мой конь и донынѣ носилъ бы меня». И хочетъ увидѣть онъ кости коня. Вотъ ѣдетъ могучій Олегъ со двора, Съ нимъ Игорь и старые гости, И видятъ: на холмѣ, у брега Днѣпра, Лежатъ благородныя кости: Жхъ моютъ дожди, засыпаетъ ихъ пыль, Ж вѣтеръ волнуетъ надъ ними ковыдь. Князь тихо на черепъ коня наступилъ И молвилъ: «Спи, другъ одинокій! Твой старый хозяинъ тебя нережилъ; На тризнѣ, уже недалекой, He ты нодъ сѣкирой ковыль обагришь И жаркою кровью мой прахъ напоишь,.. Такъ вотъ гдѣ таилась ногибель моя! Мнѣ смертію кость угрожала!» Изъ мертвой главы гробовая змѣя, Шипя, между тѣмъ выползала:- Какъ черная лента, ввругъ ногъ обвилась, И вскрикнулъ внезапноужаленный князь. Ковши круговые, запѣнясь, пшпятъ На тризнѣ плачеввой Олега: Князь Игорь и Ольга на холмѣ сидятъ, Дружина пируетъ у брега. Бойцы поминаютъ минувпііе ' дни И битвы, гдѣ вмѣстѣ рубились они. А. Душкшв. 99. УТОПЛЕННИКЪ. Прибѣжали въ избу дѣти, Второпяхъ зовутъ отца: «Тятя! тятя! нагаи сѣти Притащили мертвеца». —■ «Врите, врите, бѣсенята», Заворчалъ на нихъ отецъ: «Охъ, ужъ эти мнѣ ребята! Будетъ вамъ ужо мертвецъ! Судъ наѣдетъ, отвѣчай-ка! Съ нимъ я ввѣкъ не разберусь... Дѣлать нечего! Хозяйка, Дай кафтанъ; я поплетусь..Т Гдѣ жъ мертвецъ?»—«Вояъ, тятя, эвотъі» Въ самомъ дѣлѣ, при рѣкѣ, Гдѣ разостланъ мокрый неводъ, Мертвый виденъ на пескѣ. Безобразяо трупъ ужасный Посинѣлъ и весь распухъ. Горемыка ли несчастный Погубилъ свой грѣшный духъ, Рыболовъ ли взятъ волнами, Али хмельный молодецъ, Аль ограбленный ворами Недогадливый кунедъ, — Мужику какое дѣло! Озираяеь, онъ спѣшитъ... Онъ потопденное тѣло Въ воду за ноги тащитъ, И отъ берега крутого Оттодкнулъ его весломъ, И мертвецъ внизъ поплылъ снова За могилой и крестомъ. Додго мертвый межъ волнами Плылъ, качаясь, какъ живой; Нроводивъ его глазами, Нажъ мужикъ пошелъ домой. ПЦЦІВ ШШШші
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4