— 302 — Алпатычъ видѣлъ, какъ два солдата и съ ними какой-то человѣкъ во фризовой шинели тащили изъ пожара черезъ удицу аа сосѣдній дворъ горѣвшія бревна; другіе несли охапки сѣна. Алпатычъ подошелъ къ болыпой тодпѣ людей, стоявшихъ противъ горѣвшаго полнымъ огнемъ высокаго амбара. Стѣны биш всѣ въ огнѣ, задняя завалилась, крыша тесовая обрушилась, балки пылали.' Очевидно, толпа ожидадатойминуты, когда завалится крыша. Этого зке ожидалъ Алпатычъ. — Алпатычъ!—вдругъ .окликнулъ старика чей-то знакомый голосъ. — Батюшка, ваше сіятельство, —отвѣчалъ Алпатычъ, мгновепно узнавъ голосъ «воего молодого князя. Енязь Андрей, въ плащѣ, лерхомъ на вороной лошадн, стоялъ за толпой и смотрѣдъ на Алпатыча. — Ты какъ здѣсь?—спросилъ онъ. — Ваше... ваше сіятельство, —проговорилъ Алпатычъ и зарыдалъ... —Ваше, ваше... или ужъ пропали мы? Отецъ... — Какъ ты здѣсь? —повторилъ князь Андрей. Пламя ярко вспыхнуло въ эту минуту и освѣтило Алпатычу блѣдное, изнуренное лицо его молодого барина. Алпатычъ разсказалъ, какъ онъ былъ посланъ и вакъ насилу могъ уѣхать. — Что же, ваше сіятельство, или мы пропали?—спросилъ онъ опять. Князь Андрей, не отвѣчая, досталъ записную книжку и, приподнявъ кодѣно, сталъ писать карандашомънавырванномъ листѣ. Онъ писалъ сестрѣ: «Смоленскъ сдаютъ>, писалъ онъ: «Лысыя горы будутъ заняты непріятедемъ черезъ недѣлю. Уѣзжайте сейчасъ въ Москву. Отвѣчай мнѣ тотчасъ, когда вы выѣдете, приславъ нарочнаго въ Усвяжъ». Написавъ и передавъ листокъ Алпатычу, онъ на словахъ передалъ ему, какъ распорядиться отъѣздомъ князя, княжны и сына съ учителемъ, и какъ и куда отвѣтить ему тотчасъ же. Еще не успѣлъ онъ окончить этн приказанія, какъ верховой штабный начальникъ, сопутствуемый свптой, подскакалъ къ нему. —Вы—полковникъ?—кричалъ штабный начальникъ съ нѣмецкимъ акпентомъ, знакомымъ князю Андрею голоеомъ. —Въ вашемъ присутствіи зажигаютъ дома, а вы стоите? Что это значитъ такое? Вы отвѣтите,—кричалъБергъ, которыйбылътеперь помощникомъ начальника штаба лѣваго фланга пѣхотныхъ войскъ первойарміи,— мѣсто весьма пріятное и на виду, какъ говорилъ Бергъ. Князь Андрей посмотрѣлъ на него и, не отвѣчая, продолжалъ, обращаясь къ Алпатычу: — Такъ скажи, что до десятаго числа жду отвѣта, а ежели десятаго не получу извѣстія, что всѣ уѣхали, я самъ должепъ буду все бросить и уѣхать въ Лысыя Горы. —Я, князь, только потомуговорю,—сказалъ Бергъ, узнавъ князя Андрея,—что я долженъ исполнять приказанія, потому что я всегдаточно исполняю... Вы меня, пожалуйста, извините,—въчемъ-то оправдывался Бергъ. Что-то затрешало въ огнѣ. Огонь притихъ на мгновенье; черные клубы дыма повалили изъ-подъ крыши. Еіце страшно затрещало что-то въ огнѣ, и завалилось что-то огромное. — Урруру!—вторя завалившемуся потолку амбара, изъ котораго несло запахомъ лепешекъ отъ сгорѣвшаго хлѣба, заревѣла толпа. Пламя всяыхнуло и освѣтило оживденно-радостныя й измученныя лица людей, стоявшихъ вокругъ пожара. Человѣкъ во фризовой шинеди, поднявъ къ верху ^)уки, кричалъ: — Важйоі пошладрать! Ребята, важно!.. — Это самъ хозяинъ, —послышадись голоса. — Такъ, такъ,—сказалъ князь Андрей, обращаясь къ Алпатычу, ч—все передай, какъ я тебѣ говорилъ. И, ни слова не отвѣчая Бергу, замолкшѳму подлѣ него, онъ тронулъ лошадь и поѣхалъ въ переулокъ. Гр. Л. Толстой.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4