— 263 — мужикъ, нашъ братъ... Гдѣ ему знать, какъ съ знатными господами обиходъ имѣть!...» — Что же, въ самомъ дѣлѣ,—думалъ Вухтичъ:—не ходить же по міру...3аключеніекъ всего этого было то, что Вухтичъ женился на дворовой дѣвкѣ, получилъ въ награжденіе двѣдесятины земли, и воспитаніе Василія Ивановича было окончено. Однакоже надо сказать правду, Василій Ивановичъ имѣлъ отъ природй сердце доброе, нравъ тихій и миролюбивый. Доказательствомъ тОму служитъ то, что даже и «воспитаніо его не испортило. Я говорю «воспитаніе» за неимѣніеыъ слова, выражающаго понятіе совершенно противополоашое воспитанію. И странно, какъ подумаепіь... Почти всѣ наши дѣды учились на мѣдныя деньги, воспитывались какъ-нибудь наудачу, то-есть не воспитывались вовсе, а росли себѣ по волѣ Божіей. И дѣды наши были, точно, люди неграмотные: рѣдкій умѣлъ правильно подписывать свое имя и, несмотря на то, они всѣ почти были люди съ твердыми правилами, съ сильною волею, и крѣпко хранили, не по логическому убѣжденію, a no какому-то старинному внушенію, любовь ко всѣмъ нашимъ отечественнымъ постановленіямъ. Теперь старинная грубость исчезаетъ, замѣняясь духомъ колебанія и сомнѣнія. Жалкій ' успѣхъ, но, можетъ-быть, необходимый, чтобъ надежнѣе и вѣрнѣе дойти до истины. Еогда Василію Ивановичу наступилъ шеетнадцатый годъ, онъ отправился въ Еазань на службу... Тогда недавно только образовались новые штаты, по указу о губернскихъ учрежденіяхъ. Василій Ивановичъ служилъ нѣсколько времени въ канцеляріи намѣстника, но, какъ еще понынѣ говорится въ губерніяхъ, для одной только pour le proforme. Въ самомъдѣлѣ, не оставаться же столбовому дворянину, хоть и безграмотному, нѳдорослемъ. Къ военной елужбѣ Василій Ивановичъимѣлъ мало наклонности, тогда какъ совершенная праздность вполнѣ согласовалась съ его споеобностями и привычками. Въ то же время вкусилъ онъ удовольствія свѣтской жизни и сталъ удивительно отличаться на балахъ. Никто ловче его не прохаживался въ матрадурѣ, монимаскѣ, курантѣ или Данилѣ Куперѣ. Иногда, въ неболыномъ кругу, отхватгівадъ онъ, по просьбѣ дамъ, и казачка^ что всегда сопровождалось громкими изъявленіями удовольствія. Подобный случай рѣшилъ даже участь его навсегда. Какъто, на именинахъ у прокурора, просили его пройти любимый обществомъ танецъ вмѣстѣ съ молодой дочерью отставного секундъ-маіора Крючкина. Дѣвушка долго жеманилась, но, какъ водится, по долгимъ убѣжденіямъ согласилась. Скромно опустивъочи, зардѣвшись, какъмаковъцвѣтъ, она такъ мило подбоченилась, такъ легко начала попрыгивать и влѣво и вправо, что сердце Василія Ивановича вздрогнуло и ноги едва не отказались. Но вдругъ онъ оправился и съ такимъ неистовымъ вдохновеніемъ пустился въ приеядку, такія началъ выдѣлывать ногами штуки, что комната потряслась отъ рукоплесканій, и нѣкоторые подгулявшіе собесѣдники началидаже притопыватьи припѣватьг улыбаясь другъ передъ другомъ. Василій Ивановичъ, задыхаясь, подошелъ къ пристыженной отъ общаго восторга красавицѣ. «Ахъ!»—сказалъонъ: «лихо изволите...* Молодая дѣвушка еще болЪе зардѣлаеь. — Помилуйте-съ...—отвѣчала она шопотомъ. Новый случайвдругъ перемѣнилъ жизнь Василія Ивановича. Однажды получилъ онъ странное письмо церковнаго слога и почерка. Письмо было отъ сельскаго священникаи увѣдомляло Василія Ивановича^ что Иванъ Ѳедотовичъ нри смертиболенъ. Василій Ивановичъ въ ту же минуту послалъ за дошадьми и поскакалъ въ Мордасы. Жалкую перемѣну, печальную картину нашелъ онъ въ отцовскомъжилищѣ. Приживадки и кумушки ревѣли по разнымъ комнатамъ. Дураки вдругъ сдѣлались разумными и сбросиди уродливые наряды. Умирающій, жертва необуздавной наклонности, лежалъ уже на смертаомъ одрѣ, и жалобно стоналъ, и тихо каялся. Святая таинственность страшнаго пред-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4