— 190 — ma, храбрымъ!» Къ этому болѣе бѣдные зрители црисоединили евои восклиданія, а многочисленные трубачи огласили воздухъ воинскими инструментами. Еакъ -скоро эти звуки умолкди, і-ерольды удалились изъ арены въ великолѣпномъ и блестящемъ порядкѣ, и на поприщѣ не оставадось никого, кромѣ маршаловъ туряира, которые, вооруженные съ головы до ногъ, въ противоположныхъ концахъ арены сидѣли на коняхъ своихъ неподвижно, какъ статуи. Въ то же время, какъ ни была обширна площадка у сѣверной оконечности цирка, она вдругъ попти наполнилась толпами рыцарей, желавшихъ испытать свою силу съ вызывающими. Съ галлереи цредставляла она «идъ моря волнующихся перьевъ, перемѣшанныхъ съ блестящими шлемами и высокими копьями, на концѣ которыхъ у многихъ быди прикрѣплены небольшіе, шириною въ четверть, флюгера, водновавшіеея въ вѣтрѣ, вмѣстѣ съ безпрерывнМми движеніями перьевъ, и придававшіе еще большую живость зрѣлищу. Наконедъ, барьеръ былъ приподнятъ, м пять рыцарей, избранные по жребію, медленно выѣхали на арену; одинъ изъ яихъ ѣхадъ впереди, другіе четверо слѣдовали за нимъ по два въ рядъ. Всѣ •были въ великодѣпномъ вооруженіи. Мой «аксонскій лѣтописецъ (Уардоръ) подробно описываетъ ихъ девизы, цвѣта и шитье жонской сбруи. Безполезно входить здѣсь въ эти подробности. Приведемъ стихи •современнаго поэта, который, къ сожалѣнію, написалъслишкомъ мало: «Рыцари «братились въ прахъ, добрые мечи ихъ съѣла ржа; души ихъ, надѣеыся мы, почиваютъ во святыхъ». Время свергло ихъ щиты и гербы со стѣнъ ихъ замг ковъ. Самые замки превратились въ разсѣявшіяся развалиныи зеленые курганы... едва примѣтно мѣсто, гдѣ» они находились... даже ыногія поколѣнія исчезли *ъ тѣхъ поръ н забыты въ той сторонѣ, гдѣ они существовали со всею славою <феодальныхъ властителей и бароновъ.- Послѣ этого какая нужда читателю знать мхъ имена илн преходящіе символы ихъ зоинскаго сана? Однакожъ, рыцари, ниеколько не помышляя о забвеніи, грозившемъ покрыть имена ихъ и подвиги, въѣзжали на арену, сдерживая горячихъ коней и заетавляя ихъ итти впередъ тихо, хотя въ то же время старались показать ихъ выѣздку и свою ловкость наѣздническую. Съ появленіемъ всадниковъ, звукъ дикой восточной музыки раздался изъ-за рыцарскихъ шатровъ, гдѣ скрывадись трубачи. Это восточное обыкновеніе было принесено изъ Святой Земли; смѣшанный звукъ литавръ и колоколовъ, казалось, привѣтствовалъ и вызывалъ на бой рыцарей, приближавшихся къ платформѣ, гдѣ были . поставлены шатры. Здѣсь, отдѣлившись другъ отъ друга^ каждый тихо древкомъ копья ударилъ по щиту противника, съ которьшъ хотѣлъ сразиться. Бодьшая часть зрителей изъ низшаго разряда, многіе изъ высшаго и даже—какъ говорятъ—нѣкоторыя изъ дамъ, досадовади на рыцарей за ихъ памѣреніе биться карусельнымъ оружіемъ. Тотъ же классъ людей, который въ наше время осыпаетъ самыми громкими рукоплесканіями отчаянныя трагедіи, тогда тѣмъ большеѳ принималъучастіе въ турнирныхъ сраженіяхъ, чѣмъ болыпей опасности подвергались дѣйствующія: . лица. Изъявивъ свое миродюбивре намѣреніе, принимающіе вызовъ рыцари удалились къ концу арены, гдѣ выстроились въ линію; между тѣмъ, вызывающіе, выступивъ изъ шатровъ своихъ, вскочили на коней и предводитедьствуемыеБріаномъ де-БуаГидьберомъ, спустились съ пдатформы, и каждый поспѣшилъ вступить въ бой съ рыцаремъ, ударившимъ въ его щитъ. При звукѣ трубъ и литавръ, во весь опоръ бросились они другъ на друга, и таково было превосходство силы и необыкновенное счастіе вызывающихъ, что противники Буа-Гильбера, Мадьвуазенаи Фронъде-Бефа, брошеяные съ коней, покатились по землѣ; соперникъжеГранмениля, вмѣсто того, чтобъ направитьостреё копья въ гребень или щитъ своего непріятедя, такъ укдонился отъ. црямого пути, что раздробилъ свое оружіе о латы противника, — а это считалось постыднѣе, нежели быть сброшеннымъ съ коня, потому
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4