- 72 — И на развалинахъ ихъ сама бы бросилась въ пламя! Солнце, солнцѳ! ты освѣщаешь дѣявія смертныхъ; Матерь Юнона, тебѣ извѣстны всѣ нати страданья; Ты, о Геката, которая въ ночь нараспутіи воешь; Мстящія фуріи, боги Дидоны, жаждущѳй смерти, Вы внемлите мольбамъ, обратите взоръ милосердый На страданья мои. И если судьбѣ такъ угодно, Чтобы злодѣй приплылъ и увидѣлъ завѣтную землю; Если такъ небу угодно, чтобъ я непремѣнно погибла: Пусть же злодѣй, побѣжденный на брани храбрымъ народомъ, Въ вѣчной разлукѣ съ сыпомъ, скитаясь, какъ зкалкій изгнанникъ, Молитъ пощады; пусть будетъ свидѣтѳлемъ смерти собратовъ, Миръ заключитъ- съ врагомъ на самыхъ тяжкихъ условьяхъ; И тогда, лишенный престола, всѣхъ радостей свѣта, Пусть погибнетъ, — но лусть погибнетъ на прахѣ, безъ гроба. Боги! эту молитву съ посдѣднею каплею крови Вамъ посылаю. А вы, о тирійцы, къ ихъ племени-роду Ненависть вѣчно ггатайте, утѣшьте мой пепелъ въ могилѣ. Пусть между яими и нами не будетъ союза, ни дружбы; Пусть изъ могалымоей имъ грозный мститель возстанетъ И преслѣдуетъ Дардана родъ мечомъ и пожаромъ И теперь и всегда, лишь будутъ силы для мести. Пусть берега съ берегами и водны съ волнамивраждуютъ! Мечъ пусть враждуетъ съ мечомъ, съ отір,- ми дѣти и внуки!» Такъ сказала она и повсюду взоромъ поводитъ; СвЬтъ ей постылъ: Дидона жаждетъ сѣни могильной. Вотъ, позвавъ къ себѣ Сихея кормилицу, Барку (А ея кормилица въ прежней отчизнѣ скончалась), Такъ говоритъ: «Позови мнѣ Анну, любезная Барка. Прежде скажи, пусть скорѣе омоетсярѣч- - ною водою, Пусть приведетъ и жертву и все приготовитъ, что нужпо. Ты и сама покрой чело священной повязкой: Я давно приготовила жертву Юпитеру адя, .Я теперь совершить хочу и окончить заботы, Въ плаыени сжечь на кострѣ остаткидарданскаго мужа». И старушка, дроя«а, поплеласьнриказанье неполнить. Въ страхѣ и въ страпшомъ какомъ-то восторгѣ Дидона вбѣжала На серединудвора, гдѣ огромный костеръ возвышался: Очи, налитыя кровью, быстро ходили повсюду; Пятна покрыли ланиты ея н предсмертная блѣдность. Быстро въ волненьн взошда на костеръ и мечъ обнажила,— Мечъ дарданскій, не для такой предназначенный цѣли. И, увидѣвъ Энея броню и знакомоеложе, Начала плакать; потомъ, собравшись нѣсколько съ духомъ, Къ ложу склонилась и такъ послѣдній разъ говорила: «Милые сердцу остаткн, когда улыбалось мнѣ счастье! Вы нримите душу мою, разрѣшите отъ горя. Я жила и исполнила путь, предназначенный рокомъ; А теперь моя тѣнь удалнтся въ подземныя страны. Я осйовала городъ, я видѣла славныя стѣны, Я отистила за смерть супруга козарному брату; Счастлива—ахъ!—и ечастлива слишкомъ была бы Дидона,,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4