— 375 — вимаютъ славнѣйшіе ботаники *). Замѣтимъ ішмоходоыъ, что Гете первый отдалъ справедливость одному ивъ величайшихъ физіологовъ евоего времени, Гаспару Фридриху Вольфу, членунашейАкадеміи. Вамъ, мм. гг., извѣстны огромные труды его; вы знаете имъ цѣну, но также вѣдаете, что скромный и сознательный голосъ сего ученаго заглушаемъ былъ громкою знаменитостью: Гете вризналъ его достоинства. Зоологія не осталась Чуждою пламенной его любви къ естественнымъ наукамъ: и въ ней показалъ онъ духъ наблюдатедьвый и. проницательный. Гете изучалъ всѣ чаети животнаго организма съ такимъ жѳ любопытствомъ, съ какимъ изслѣдовадъ всѣ подробности жизни растеній. Здѣсь, также желая вывести первоначальную пластическую форму, онъ рѣшительно сказалъ, что для сего необходима помощь сравнительной анатоміи, и это указаніе нынѣ законъ и свѣточъ науки. Въ особенности Гете занимался остеологіей; онъ прежде всѣхъ почиталъ черепъ измѣненіемъ позвонковъ: это мнѣніе нынѣ общепринятое. Не оставимъ бѳзъ вниманія новаго наблюденія, если не открытія, коимъ анатомія одолжена Гете. Долго полагали, что оргаяическое отличіе человѣка отъ животныхъ состритъ въ междучелюстнойкости, въ которой у животныхъ сидятъ рѣзцы верхней челюсти и которая примѣтно выдается у обезьянъ. Гете не довольствовался симъ признакомъ: многими опытами и изысканіями онъ доказалъ существованіе сей кости и въ челюсти человѣка. Не показываетъ ли это изслѣдованіе особенныхъ видовъ, кромѣ простого любопытства? Или я о.шибаюсь, мм. гг., или было какое-либо левѣдомое внушеніе Мефистофеля къ уничтоженію мнимаго вещественнаго отличія, которое гордость человѣческая хотѣла присвоить себѣ вдобавокъ къ духовному превосходству: - такой умъ, каковъ умъ Гете, не останавливается долго на какомъ-дибо изысканіи, если оно не содержитъ въ себѣ важной мысди. *) Профессоръ9рнестз.Мейеръ въКенигсбергѣ Впрочемъ, мм. гг., было бъ неснраведдиво разсматривать Гете въ одной какойлибо отрасди знаній или въ одномъ какомъ-дибо временномъ направленіи отдѣльно: сей дивный умъ, сія необыкновенная снособность къ знаніямъ, совершенно между собою различнымъ, должны быть-. набдюдаемы въ цѣлости и совокупности всѣхъ силъ душевныхъ, столь обширныхъ и блистатедьныхъ, въ ихъ дѣйствіяхъ общественныхъ; всему сосдовію просвѣщенныхъ мужей, каково сосдовіе академиковъ, придично воздать нослѣднюю почесть памяти того, чье вліяніе на свою страну и на всю Европу было столь велико, что его гробница, иоставденная между гробнинами Шиллера и Гердера, закдючаетъ цѣдую эпоху, цѣлое столѣтіе. Вѣнецъ наукъ спдетается славою всѣхъ талантовъ; высочайшее ихъ торжество состоитъ въ изгнаніи изъ своей области частностей,' всякой личности, всякаго пристрастія. Міръ умственный, подобно Елисейскимъ полямъ древнихъ, долженъ отдѣдяться отъ міра дѣйствительнаго рѣкою забвенія. Заключу сдова мои еще однимѣ замѣчаніемъ. Сравнивая міръ политическій съ умственнымъ, какое норазительное сходство въ нихъ открываемъ! Вездѣ почтн и всегда но одному изъ нихъ можно судить о другомъ. Въ бодыпей чаети Европы, кажется, вѣкъ аристократіи дитературной уже проходитъ; въ словесностн власть единаго таланта или немногихъ сдабѣетъ: настунаетъ эноха, которую одинъ умный писатель вѣрно изобразилъ названіемъ эпош безыметой. Равнодушіе, замѣчеиное въ носдѣднее время къ твореніямъ Гете и даже лично къ нему, происходитъ изъ сего же начада: это умственный взрывъ, грохотавшій у вратъ храма, въ которомъ столь долго приносились жертвы. Германія въ еемъ■ знаменитомъ мужѣ утратила единственнаго и послѣдняго изъ своихъ повелитедей въ области словесности, иовелитедя, надъ всѣми превознесеннаго на щитахъ законнымъ правомъ генія и единодушіемъ соотечественниковъ. Уварш.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4