b000000216

ПРИЛОЖЕШЕ 15 Для точнѣйшаго опредѣленія мѣстоименій слѣдовало бы •обратить вниманіе на отвошеніе къ понятію вообще — съ од- ной стороны, и къ личности говорящаго, съ другой. Имя и глаголъ выражаютъ представленія общія, мѣстоименія же еще общѣй. Напр., въ предложееіи: „это человѣкъ ученый^, 1 ) всѣ нонятія общія — и „этотъ", и „ученый", и „человѣкъ"; мѣстоименіе же „это" можетъ означать всѣ предметы, какіе только говорящему угодно разумѣть. Отношеніе частное вы- ражается ими потому только, что я указываю на извѣстное лице, притомъ схватываю всѣ общія эти понятія въ извѣст- номъ мѣстѣ и въ извѣстную минуту, и потому что свою лич- ность ставлю передъ тѣмъ, о комъ говорю. Слѣдовательно, въ мѣстоименіяхъ надлежитъ отличать обозначеніе самого общаго понятія отъ обозначенія личности говорящаго. Языкъ живетъ въ разговорѣ. Отсюда видно, почему мѣстоименія лич- ныя должны быть источникомъ прочихъ. Это то личное обо- собляющее отношеніе между говорящими и должно служить основаніемъ дѣленію мѣстоименій. Давыдовъ же объясняетъ ихъ только изъ логическихъ началъ. Отношеніе мѣстоименій къ нарѣчіямъ Давыдовъ понима- етъ только внѣшнимъ, формальнымъ образомъ. По мнѣнію Буслаева, слѣдовало бы глубже вникнуть въ значеніе личныхъ мѣстоименій, и изъ нихъ самихъ вывесть необходимость срод- ства съ нарѣчіями. Отличіе мѣстоименій личныхъ частію ос- новывается на понятіи мѣста 2 ), и изъ этого начала можно ■бы глубже постигнуть смыслъ адвербіальныхъ мѣстоименій. Такъ какъ философія языка основывается на историчес- кихъ и сравнительныхъ изслѣдованіяхъ, то недостатки первой всегда зависятъ отъ недостатка послѣднихъ. Давыдовъ не об- ратилъ, напр., вниманія на значеніе мѣстоименія омг, оный, 3 ) ] ) Стр. 49. 2 ) Стр. 30. 3 ) Стр. 50-31