b000000214

63 этой деревни часто утверждали, что онъ собственно теперь уже не графъ, однако всяеій разъ, когда кто-нибудь называлъ его просто по плени, опп тотчасъ же торопились по- править, прибавнвъ: графъ!» Страхъ если не уваженіе нередъ титулами до сихъ норъ еще спленъ въ сельскомъ людѣ. Народъ такъ настрадался въ прелшее время отъ дворянъ, что у пего долго господствовало повѣрье, что его мучители, далее послѣ смерти, будутъ шмыгать но нивамъ въ видѣ огненныхъ рыцарей, и что уваженіе къ пхъ со- словію и гербу чувствуется далее сампмъ дьяволомъ. Обнищавншхъ дворянъ въГерманіп чрезвычайно много. Здѣсь есть далее принцы и принцессы, годовые доходы которыхъ не нревышаютъ двухъ тысячъ гульденовъ. Удовлетвореніе большей части пхъ потребностей завнеитъ поэтому отъ великодушія и щедрости пхъ родственниковъ, обыкновенно толіе князей, бароновъ и графовъ, доходы которыхъ, въ свою очередь, сильно ограничены скуднымъ бюдлеетомъ. И если эти киялгескія особы встуиаютъ между собою въ бракъ, число ихъ еще болѣе увеличивается, а доходы уменьшаются съ каждымъ новороледен- нымъ потомкомъ; между тѣмъ потребности всѣхъ этихъ лицъ остаются но прежнему княжескими. Аристократическій пролетаріатъ Германін увеличивается у лее издавна, и его можно было наблюдать еще во многихъ мелкихъ германскихъ государствахъ. «Туда стекался онъ со всѣхъ сторонъ, домогаясь придворныхъ доллшостейиофпцерскпхъмѣстъ. Самыя мелкія владѣтельныя особы старались украшать свои дворы блескомъ славныхъ въ древности именъ. Награжденіе разореннаго бѣднаго барона каіяімъ- нибудь мѣстомъ камеръ-юнкера или поручика доллгно было, естественно, повести только къ новому виду пролетаріата. Покровительствуя аристократическому нролетаріату и способствуя его распространенію, мелкія терманскія владѣтельныя особы этимъ самымъ вредили всему соціальному пололгенію аристократии , такъ какъ она только тогдаиможетъ быть сильна, когда она малочисленна». Прусская аристократія составляетъ всегда ультроконсервативную партію, такъ называемую юнкерскую: она всегда старается задерживать нравственный и матеріаль- ный прогрессъ, тщеславится своею родословного какъ какого-то высшего добродѣтелыо и, къ несчастіго для своей страны, оказываетъ не малое вліяніе на политику. Ея тщеславіе своего родословной доходитъ далее до безкорыстія. Какъ бы нп былъ богатъ человѣвъ, и какъ бы сильно нп было его лееланіе попасть въ заколдованный аристократическій кругъ, никакими подкупами онъ не можетъ надѣяться проникнуть въ него, если только онъ не прииятъ ко двору. За то бѣдность не составляетъ нрепятствія для того, чтобы быть донущеннымъ въ этотъ избранный кругъ. Прусская знать, какъ мы уже упомя- нули, съ покровительственнымъ видомъ принимаетъ далее высшихъ чпновнпковъ, но и это еще не даетъ права ихъ леенамъ п семействамъ носѣщать тотъ лее самый аристо- кратическій домъ, въ которомъ бываетъ ихъ глава. Чтобы заслулеить такую честь, су- пруга чиновнаго лица сама доллена бытьзнатнаго рода. Здѣсь каледый желаетъ сказать, что онъ прпнятъ арпстократіей и имѣетъ право бывать при дворѣ; многіе добиваются этого всю леизнь, всѣми силами стараясь пробить преграду, п,. въболышшствѣслучаевъ, не достпгаютъ этого счастія, несмотря на - свое образованіе и богатство. . Такъ лее страстно порываются нѣмцы къ титуламъ всякаго рода; каледый богатый человѣкъ, каледый счастливый спекуляторъ, разжившійся еврейскій банкиръ готовъ льстить, унилеаться, лишь бы только достигнуть лееланнаго отличія получить наслѣд- ственное дворянство. Въ послѣднее время очень многіе пзъ «основателей» (такъ назы- ваготъ тѣхъ, которые наводнили Берлпнъ своими сиекуляціями, въ большинствѣ случаевъ весьма безчестными) получили дворянство. Между этими «основателями», получившими дворянство, Лихтерфельде занимаетъ выдающееся мѣсто. Этотъ человѣкъ, страшно раз- богатѣвшій, легъ однажды спать нростымъ госнодиномъ Карстеномъ п всталъ на слѣ-