b000000214

480 ства, но и для сосѣдей, которыхъ въ такое время сзываетъ хозяпнъ и угощаетъ на славу. Это важное событіе крестьянской жизни непремѣнно оканчивается танцами и такимъ образомъ носитъ характеръ домашняго праздника. Свинья не только принад- лежность хозяйства крестьянина, но здѣсь существуетъ и множество богатыхъ земле- владѣльцевъ, которые тысячами разводятъ этихъ животныхъ. Вотъ почему откармли- ваніе свиней въ Венгріи пріобрѣло огромное значеніе. По статистическимъ даннымъ, страна откармлнваетъ ежегодно до 3.500,0 0 0 свиней. Самая небольшая деревня имѣетъ одного, а иногда и нѣсколышхъ настуховъ; можно себѣ вообразить, какое огромное ко- личество людей становится свинопасами. Наибольшею извѣстностыо въ разведеніи этихъ животныхъ пользуется деревня Энетъ въ Арадскомъ комитатѣ; второе мѣсто въ этомъ отношеніи занпмаютъ владѣнія Эстергази, въ комитатѣ Вешпрингскомъ, гдѣ свиньи между прочимъ отличаются тѣмъ, что не роются въ землѣ. Огромное количество свиней, разводимыхъ въ Венгріи, уже давно заставило уст- роить въ различныхъ пунктахъ страны ярмарки для ихъ сбыта, на которыя каждый разъ нригоняютъ по 20,000 и болѣе этихъ животныхъ. Въ послѣднее время торговля этого рода особенно оживилась потому, что венгерскихъ свиней стали вывозить къ бе- регамъ Нѣмецкаго моря. Гамбургскіе агенты еженедѣльно вывозятъ ихъ изъ Венгріи по 400 штукъ и болѣе. Настоящійтипъсвинонасовъ, которыхъ называютъ «кондасами» («копс1а8»)БСтрѣ- чается только въ тѣхъ мѣстностяхъ, гдѣ высокіе дубы и буки образуютъ густые лѣса. Окруженный вѣчной листвой деревьевъ, въ тѣнн которыхъ онъ постоянно живетъ, не видя передъ собой чело вѣческой души, кондасъ представляетъ совершенную противо- положность лихому чикошу, обожающему просторъ своихъ степей и дикую скачку невыѣзжаннаго коня, и страстному до музыки пастуху овецъ, по часамъ отдающе- муся мечтамъ и созерцанію. И это понятно; тотъ и другой всю жизнь проводятъ подъ открытымъ пебомъ, въ воздухѣ, ярко освященномъ золотистыми лучами солнца; между тѣмъ какъ кондасъ ногруженъ въ мрачную атмосферу, часто насыщенную вредными исиареніями и міазмами, не видя тѣхъ величественныхъ картинъ природы, которыя постоянно представляются обитателю пушты. Кондасъ мало-по-малу отвыкаетъ отъ лю- дей, становится нелюдимыыъ. Его тянетъ только въ мрачный лѣсъ, только подъ его густой листвой любить онъ проводить свою однообразную жизнь. Тотъ изъ нихъ, кто перестаетъ грустить о товарищахъ или семействѣ и совершенно свыкается съ мрач- ными и сырыми лѣсами, покрытыми болотами и топями, тотъ скоро становится не только мрачнымъ и суровымъ, но и злымъ существомъ. По цѣлымъ недѣлямъ ему приходится удовлетворяться самой грубой пищей: кусокъ сухаго хлѣба съ сыромъ или саломъ со- ставляетъ его обѣдъ, ужинъ и завтракъ. Костюмъ его состоитъ изъ короткой рубахи, пропитанной жиромъ, длинные п широкіе рукава которой служатъ ему и полотенцемъ, и платкомъ. Иногда онъ завязываетъ снизу одинъ изъ рукавовъ рубахи, такъ что по- лучается нѣчто въ родѣ мѣшка, и кладетъ въ него свой хлѣбъ и сало. Широкіе штаны доходятъ свинопасу до колѣнъ; обувью ему служатъ сандаліи, называемый у мадьяръ «бочкоры». Подошвами для нихъ служатъ большой кусокъ кожи, загнутой къ верху ноги и завязайный веревкой, удерживающей тряпку, которою обернута нога до колѣна. Паи- болѣе состоятельные носятъ сапоги съ желѣзными каблуками. Паголовѣ широкая шляпа, а зимой овчинный колпакъ. Отъ вѣтра, холода и дождя кондасъ защищается шерстянымъ покрываломъ, «з/ііг», которое онъ набрасываетъ себѣнаплечи, завязывая его снурками или застегивая мѣдными застежками. Если прибавить къ этому длинный кнутъ съ руч- кой, съ оловянными и свинцовыми украшеніями, который онъ неребрасываетъ черезъ плечо, то мы познакомимся со исѣмъ нарядомъ кондаса. Тѣ изъ нихъ, которые большую