b000000214

477 и хозяева растягиваются на землю и, покуривая трубочки, начинаютъ бесѣду. Любимый предмета ихъ разговоровъ — подвиги бетіаровъ: съ восторгомъ передаютъ они другъ другу объихъ похожденіяхъ и ловкости, о томъ, какъ тотъ или другой изъ нихъ умѣлъ умно провести «пандура» (конный жандармъ). Около двухъ часовъ дня стада снова выгоняютъ па пастбище. Скотъ выглядптъ теперь бодрѣе, ѣстъ траву, а когда встрѣчаются два табуна, жеребцы не скрываютъ желанія помѣряться другъ съ другомъ зубами и передними ногами. Солнце, этотъ кроваво -багровый иснолинскихъ размѣровъ шаръ, наконецъ сѣло. Сытыя стада, не торопясь, возвращаются въ загоны. ИноТда въ стенной травѣ блестятъ въ это время глаза волка. Если волкодавы его замѣтили, то тотчасъ бросаются на него и преслѣдуютъ чрезвычайно упорно. Столько же переполоха вносптъ появленіе волка и въ табунѣ лошадей; лишь только онѣ его увидѣли, кобылицы немедленно окружаютъ жеребятъ; отважные жеребцы становятся впереди и такимъ образомъ всѣ лошади на- пускаются на разбойника, который, не долго думая, удираетъ. Пастухи моментально вскакиваютъ на лошадей и бросаются на волка, стараясь такимъ образомъ отогнать его подальше. Но волкъ рѣдко въ пуштѣ нападаета на лошадей и рогатый скотъ: онъ знаетъ, что тутъ ему грозитъ обыкновенно неудача и придерживается овецъ, съ кото- рыми, по ихъ глупости и беззащитности, онъ скорѣе достигаетъ своей цѣли. Теперь, однако, число волковъ сильно уменьшилось п сумятица между животными происходитъ отъ ливня или грозы, а зимою отъ внезапной метели. Только рогатый скотъ не теряется въ такихъ случаяхъ и бѣжитъ прямо домой; но лошади навѣрно разбѣжались-бы, еслибы чикошъ не вскочилъ тотчасъ на любимаго коня. Онъ лихо мчится тогда на своемъ ска- кунѣ, хлопая длиннымъ бичемъ и гонптъ передъ собой свой табунъ. Лошади съ развѣ- вающимися гривами, громко стуча копытами, несутся вихремъ по степи, пока, обли- ваясь потомъ, не достигнута загона. Труднѣе всего приходится югасу, которому въ та- кое время уже нельзя жалѣть ни своего горла, ни бича, чтобы собрать вмѣстѣ своихъ глупыхъ и трусливыхъ животныхъ. Когда стада заперты въ загоны, волкодавы распо- логаются вокругъ, и каждый изъ нихъ именно на то мѣсто, куда ему кладутъ обыкно- венно его пищу. Когда наступаетъ ночь, степь представляетъ поразительную картину; всюду, до отдаленнѣйшаго горизонта, пылаютъ костры, рѣзко выдѣляясь на темномъ небѣ. Это пастухи развели огни, чтобы приготовить свой ужипъ. Когда коровы и овцы подоены и все убрано, ужинъ копченъ, тогда пастухи навѣщаютъ другъ друга, болтаютъ п забав- ляются вокругъ огней. Они долго ихъ поддержпваютъ также и для того, чтобы отогнать миріады болотныхъ иасѣкомыхъ и пугать волковъ. Только глубокою ночью прекращаются забавы и болтовня этихъ дѣтей пушты и костры потухаютъ сами собой. Полночь: полная и совершенная темень и такая тишина, что можно даже разслы- шать шорохъ, который производятъ насѣкомыя, ползая по травѣ. Вътемнотѣ ничего не разглядишь, только надъ собою, вверху, видишь безконечное пространство, усѣянное ми- ріадамп блестящпхъ звѣздъ. Беззаботно спятъ пастухи рогатаго скота, но гораздо тре- вожнѣе сонъ югаса и въ особепностп чикоша. Какъ въ западной части сѣверной Аме- рики, такъ и въ Бенгріи существуетъ очень много конокрадовъ , Бетіары ждутъ именно этого времени, когда всѣ уснули, чтобы вывести лошадь изъ загона. Но лишь только одинъ изъ чикошей замѣтилъ это, по степи рѣзко раздается его свпстокъ, п всѣ его то- варищи немедленно вскакиваютъ на лошадей и пускаются въ погоню за воромъ. Если только пастухи ненагонятъ его тотчасъ, пмъ на вѣки придется проститься съ лошадью. Прикрывшись на какой-нибудь часъ затростнпкомъ, бетіаръ съумѣетъ потомъ отыскать черезъ болото тропинку, гдѣ онъ безопасно иройдетъ съ своею добычею. За исішо-