b000000214

31 утверждалъ даже, что потребители бѣлаго ппва въ громаднрмъ боділппнствѣ консерва- торы. Употребление бѣлаго пива, что краснорѣчпво доказываютъ цифры, сильно увели- чилось иослѣ франко-прусской войны. Не виновато ли оно, хотя отчасти, въ томъ, что послѣ этого времени въ наукѣ, искуствѣ и нолптикѣ общество мало пошло виередъ, а въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ даже двигалось назадъ. Баварское пиво, какъ утверждаютъ его приверженцы, другаго характера; оно мало пѣнится, дѣлаетъ потребителя жпвымъ и добрьшъ. Между тѣмъ какъ бѣлое пиво сна- чала вызываетъ пріятное чувство довольства, а затѣмъ уеыпляетъ, «баварское пиво», говорятъ его поклонники, «внесло новый духъ въ ту небольшую группу нѣмецкпхъ го- ловъ, которые умѣренно пользовались этпмъ новымъ напиткомъ, и произвело полную, хотя и мирную революцію въ прусской столицѣ. Началось стремленіе къ политическому прогрессу и зародился патріотпческій энтузіазмъ; каждый подмастерье пивоваръ, ко- торый пріѣзжалъ изъ Мюнхена въ Берлинъ учить варить пиво, былъ первымъ безсо- знательнымъ двпгателемъ германскаго единства. Между тѣмъ какъ бѣлое пиво дѣлаетъ своего потребителя угрюмымъ и холоднымъ, пріучаетъ къ односложнымъ и отрывочнымъ отвѣтамъ, внушаетъ любовь къ уединенію, баварское пиво открываете его сердце и душу, уничтожаетъ предразсудки и разлпчіе между сословіямп. >• Не останавливаясь однако на такой тонкой пивной философіи, разобраться въ которой можетъ только пѣмецъ, мы укажемъ на фактъ, подмѣченный многими, что баварское нпво, въ иротивуположность бѣлому, болѣе всего пьетъ народъ молодой. Но въ ипвныхъ какъ высшаго, такъ и писшаго сорта отвратительная атмосфера н нечистота; жара, духота, стулья и столы липкіе, такъ что нельзя сѣсть, не рискуя прилипнуть, но съ точки зрѣнія нѣмца это не недостатокъ; чѣмъ болѣе липко пиво, тѣмъ лучше оно очищается. Самое извѣстное пивное заведеніе въ Берлпнѣ — погребъ подъ Ратушей. Онъ представляетъ громадную комнату съ низкими сводами, въ которую слабо проппкаетъ дневной свѣтъ. Этотъ погребъ цѣлый день наполненъ толпою болѣе чѣмъ въ 1,000 чел. самыхъ различныхъ сословій. Большая часть этой толпы ѣстъ, курптъ, кричитъ, и при этомъ всѣ непрерывно пыотъ. Чтобы поощрить любовь къ питью пива, хотя оно здѣсь и вовсе не нуждается ни въ какомъ поощреніи, по стѣнамъ и на аркахъ написаны тысяча и одна похвала пьянству. Кромѣ этого, зала украшена фресками въ честь пьянства. Одна пзъ нпхъ пзображаетъ дервиша пыощаго, но не танцующаго, ки- тайца и монаха съ слѣдующею надписью; «Магометъ, Конфуцій и кануцпнскій монахъ проповѣдуютъ одно и тоже — пейте, смертные, пейте съ чувствомъ и вкусомъ, и вы бу- дете блаженны». Другая фреска пзображаетъ двухъ кутящихъ студентовъ п дѣвушку, наливающую имъ пиво изъ боченка съ такою надписью; «Когда глаза красотки смот- рятъ на тебя съ улыбкой п милыя ручки подаютъ тебѣ пиво, тогда гордой мечтой мы возносимся въ царство рая». Между сотней подобныхъ же надписей въстихахъ вы про- чтете на стѣнахъ погреба слѣдующее; «Уютное мѣсто, красивое личико, неглупая шутка, полный стаканъ пѣнпстаго ппва — вотъ настоящая веселая жизнь! » Въ извѣстные часы дня этотъ погребъ такъ набитъ народомъ, что вновь прибыв - шіе становятся за стульями и ожпдаютъ, когда ихъ освободятъ. Нровпзія тутълучшаго качества, но особенно превосходно пиво; сервировка же болѣе чѣмъ простая. Мебель вполнѣ гармонируетъ съ массивнымъ стплемъ архитектуры; стулья и столы массивные и тяжелые, рамки для газетъ желѣзныя и стеклянныя круяжи для ппва — по крайней мѣрѣ въ полъ дюйма толщиною. Но болѣе всего потребляютъ нпво въ пивныхъ садахъ, которые открываютъ съ первыми весенними днями. Они существуютъ по всѣмъ кварталамъ Берлина, вездѣ, гдѣ какой нибудь спекуляторъ могъ нанять домикъ сънеболынимъ дворикомъ позади. Когда