b000000214

405 ковь запрещаетъ общественные танцевальные вечера отъ самаго начала рождественскаго поста до Крещенія и вовремя великаго поста. Чехамъ, какъ страстнымъ танцорамъ, не легко быть въэтомъ отношеніи послушными сынами церкви, тѣмъ не менѣе они подчи- няются предписанію; но зато съ болыпимъ нетерпѣніемъ зкдутъ праздника Крещенія. Вотъ потому-то рождествепскія вечеринки, несмотря на святочныя гаданья и игры, про- ходятъ у нихъ несравненно монотоннѣе тѣхъ пирушекъ, во время которыхъ они мо- гутъ предаваться танцамъ. Чтобы составить понятіе о чешскихъ танцовальныхъ вечер инкахъ, нужно войти въ праздничный день въ любую деревенскую гостинницу. Это обыкновенно двухэтажное зданіе. Зало, гдѣ танцуютъ, въ болынинствѣ случаевъ совсѣмъ не отанливаютъ зимою, такъ какъ оно отлично нагрѣвается во время танцевъ. Каждое воскресенье, каждый праздникъ, около шести часовъ вечера, изъ гостишшцъ, раздаются звуки музыки. У входа толпится множество народа; молодежь обоого пола, дѣти и пожіщыя женщины. Въ комнатѣ передъ танцевальной залой размѣстились мелочныя торговки съ конѣечными пряниками и сластями, а около нихъ тѣснятся покупатели. Новойдемъ въ зало. Трудно представить, какая тамъ тѣснота и суматоха! «Въ одномъ углу си дятъ музыканты, въ другомъ продается пиво, все остальное пространство занято публикою. Отъ лампы, по- вѣшенной посреди потолка, падаетъ довольно тусклый свѣтъ, но вы всетаки различаете физіономіи. Есть очень хорошенькія и очень мило одѣтыя крестьянки. А молодые пар- ни- — о, это молодцы первой руки! Они расхаживаютъ по залѣ въ фуражкахъ, съ труб- ками или сигарами и съ кружками пива. Вотъ музыка играетъ польку. Толпа раздви- гается и посреди комнаты остается болъшое свободное пространство. Пары носятся одна за другою. Сначала еще соблюдается кое-какой порядокъ, но потомъ все перемѣшн- вается, все танцуетъ и въ добавокъ, кто нодпѣваетъ, кто насвистываетъ. Но вы, не смотря на страшную тѣсноту и духоту, съ удовольствіемъ смотрите на танцующихъ. Полька идетъ превосходно. Дѣвушки п парни держатъ себя очень граціозно. Да и какъ же иначе; вѣдь полька чешскій народный танецъ! Чрезъ полчаса музыка умолкаетъ. На- чинается снова бѣготня, говоръ, смѣхъ». Музыка снова загремѣла; начинается «.коломайт*. «Танцуйте, не переставая, «коломайку», поютъ при этомъ, «но берегите сапоги, такъ какъ подошвы скоро обо- рвутся и останутся одни голенища» . Международными танцами особенно любимъ Щпѵрашаш » и ітугомерицкій та- нецъ > . Страшакъ напоминаетъ вальсъ, но отлпчается отъ него тѣмъ, что въ немъ, при извѣстномъ тактѣ, всѣ нары вдругъ останавливаются, мужчины на неболыпомъ раз- стояніи нротивъженщинъ. Затѣмъ танцоры, подъ тактъ оригинальной мелодіи, нѣсколь- ко секундъ стоя на мѣстѣ, притопываютъ ногами, хлопаютъ въ ладоши, плутовски грозятъ другъ другу указа, тельнымъ нальцемъ сначала правой руки, а потомъ лѣвой и быстро повер- тываются на каблукахъ. Но вся прелесть этого танца соетоитъ въ томъ, что въ то са- мое время, какъ пары останавливаются и, погрозивъ другъ другу, поворачиваются, чтобы пуститься въ вальсъ, совершается нохишеніе чужихъ дамъ. Это дѣлается такъ; ту даму, которая не тотчасъ останавливается иди пѣсколько дальше отодвигается отъ своего ка- валера, хватаетъ другой и уносится съ нею въ вальсѣ. Пальцемъ грозятъ, чтобы напо- мнить о предстоящемъ похищеніп, п мимикой просятъ неизмѣнять, вънротивномъ случаѣ угрожая местью. Отсюда и названіе страшакъ, т. е. стращающій танецъ. Онъ идетъ особенно живо, когда хоромъ раздается веселая нѣсенка, въ которой между прочимъ го- ворится; «я люблю и ту, и другую и наконецъ пріобрѣтаю привычку зяблика. Сахарная, когда ты мнѣ надоѣшь, — я улетаю!» ьТушіерищимг* танецъ называется потому, что онъ впервые появился въ мѣст-