b000000214

338 чётки и чптаетъ про себя молитвы. Праздники стрѣлковъ остались и въ настоящее вре- мя самыми любимыми народными праздниками, Съособеннымъ оживленіемъ встрѣчаетъ нхъ населеніе тѣхъ мѣстностей, гдѣ духовенство не сковало еще народнаго веселья сво- имъ ложнымъ рвеніемъ. Въ такихъ случаяхъ въ этомъ нраздникѣ нринимаютъ участіе и старые, и молодые, мужчины и женщины. Трудно описать, какъ оживляется мѣст- иость, гдѣ происходитъ такой праздникъ; со всѣхъ сторонъ раздаются голоса веселя- щихся, безконечныя шутки и остроты. Дѣло не обходится безъ музыки и нѣпіл . По ничто лучше пѣсенъ нехарактеризуетъ австрійскаго народа. Нужно замѣтить, что всѣ австріііцы, но особенно альпійскіе жители, между которыми пальму первенства смѣло можно отдать тирольцамъ, богато одарены отъ природы музыкальными способ- ностями. Иностранца удпвляетъ, что онъ нерѣдко у грубаго и недалекаго парня встрѣ- чаетъ тонко развитое ухо и богатыя музыкальный способности. Подхватить незнакомую ему пѣсшо, которую онъ вдругъ заслышалъ издалека, отвѣчать на вызовъ соперника импровизированной пѣсней — талантъ, которымъ обладаютъ здѣсь почти всѣ. Оригинально наблюдать парня, когда онъ прислушивается къ пѣснѣ: онъ быстро нодымаетъ голову, лицо озаряется улыбкой, глаза блестятъ вдохновен! емъ, и онъ начинаетъ импровизиро- вать. Такія нѣсни въ хорошіе лѣтніе дни раздаются съ разныхъ сторонъ по цѣлымъ часамъ, но ничто не возбуждаетъ кънимъ молодежь такъ, какъ танцевальная комната. Когда пары вертятся въ танцахъ, когда поднятая пыль покрываетъ оконныя стекла, пмпровизаторъ съ своею дамою подходитъ къ оркестру. Музыканты угадываютъ намѣ- реиіе парня и дѣлаютъ внезапную паузу. Скрипки смолкаютъ, а вмѣстѣ съ ними и по- стукиваніе горныхъ башмаковъ танцующихъ. Парень поетъ коротенькую пѣсню, итот- часъ послѣ ея окончанія прерванная музыка вновь начинается, а вмѣстѣ съ нею возоб- новляются и танцы. Пропѣтая импровизированная пѣсенка была вызовомъ~ перчаткою, брошенною для состязанія. Противникъ, выслушавъ ее, успѣлъ сдѣлать только нѣсколько туровъ и тоже тотчасъ подходитъ къ музыкантамъ, которые вновь смолкаютъ; затѣмъ опять начинаются танцы на нѣсколько минутъ и снова пѣсенное состязаніе. Эти пѣсни , большею частью, весьма задушевны: то, что имъне достаетъ въ формѣ и сораз- мѣрности, вознаграждается остроуміемъ, быстротою импровизаціи и находчивостью. Папболѣе остроумныя изъ этихъ имировизацій переходятъ пзъ поколѣнія въ поколѣніе. Особенную форму этихъ пѣсенъ составляютъ шнадагюнфльнъ — сатирическія пѣсни, со- стоящія изъ 4 и рѣдко пзъ б стиховъ. Каждое движедіе души, каждый ничтожный случай находптъ въ нихъ полное выраженіе. Пеудачнаго импровизатора слушатели пе- ребиваютъ пѣсенкой въ такомъ родѣ: «Пѣлъ кто-то, да не ладно. Если бы онъ сидѣлъ на деревѣ, я-бы подумалъ, что это снигирь». (Снпгиремъ называютъ также дурака). Часто въ этихъ иѣсняхъ мѣтко подсмѣиваются надъ дѣвушками, и тѣ отвѣчаютъ пмъ тѣмъ-зке. Ремесла и національныя способности также дѣлаются предметомъ насмѣшекъ. По эти пѣснп выражаютъ и нѣзкныя движенія сердца. Въ одной изъ нихъ краснорѣ- чиво выражается желаніе каждаго парня: «каждому веселому парню нужно имѣть ружье, чтобы стрѣлять, кольцо, чтобы драться, дѣвушку , чтобы любить» . Какой натріархаль- пой простотой звучитъ пѣсня: «Закрыто мое сердце болыиимъ, большимъ замкомъ; его одинъ молодчикъ открыть-бы могъ ключемъ » . Или: «Живетъ мой милый въ Грацѣ, живу въ деревнѣ я; но что мнѣ даль? Достигнетъ къ нему любовь моя». Парень любитъ свою красавицу и гордо оправдываетъ свой выборъ такими словами: «Вставные зубы носятъ, волосъ фальшивый цвѣтъ; но ямки въ подбородкѣ ужъ не поддѣлать, нѣтъ!» Или онъ поетъ: «Жучекъ жужжитъ надъ яблоней, когда на ней цвѣты; я сталъ-бы майскимъ жукомъ , будь яблонькою ты». Бываютъ такія ноложеиія, когда влюбленному, застигнутому врасплохъ, остается только торопить патрона подать ему, какъ можно