b000000214

176 добычу еъ себѣ, они залираютъ дверь его спальни снаружи, заставляютъ ее посудой, такъ что, когда наступаетъ утро и хозяинъ выходить, посуда разбивается въ куски. Въ святой вечеръ, т. е. наканунѣ Рождества, баварцы постятся очень строго; утромъ они ничего не ѣдятъ, въ полдень съѣдаютъ очень немного чего-нибудь горячаго, напр. варепыхъ кдецокъ, вечеромъ немного сушеныхъ плодовъ или печенья. Какъ все блеститъ къ приближенію сумерекъ! Ни въ одинъ день въ году нѣтъ въ домѣ такой чи- стоты: полъ уже съ утра выложенъ свѣжей соломой, въ которой барахтаются дѣти, пока старшіе не прогонять ихъ оттуда, а это бываетъ тогда, когда хозяинъ беретъ въ .руки Новый завѣтъ. Тогда всѣ садятся кругомъ его; жена, дѣти, работники, работницы. Онъ начинаетъ читать исторію Маріи и Іосифа, рожденія Христа, о насту хахъ и ангелахъ. Съ широко -раскрытыми глазами дѣти прислушиваются къ исторіп святого Младенца п затѣмъ, по командѣотца, отправляются спать, но они не уйдутъ прежде, чѣмъ мать не поставптъ при нихъ на окно самую большую миску, которую святой Младенецъ долженъ наполнить подарками. Вмѣстѣ съ дѣтьми уходятъ заснуть и нѣкоторые изъ взрослыхъ, но иросятъ себя разбудить. Тѣ, которые остались бодрствовать, придвигаютъ столъ къ печи, и грамотный членъ семьи продолжаетъ читать исторію рождества Христова. Ш- конецъ, въиоловинѣ двѣнадцатаго въ домѣ поднимается суета; на снѣгу уже слышатся ^ шаги отправляющихся въ церковь извонъколоколовъ. «Ко всенощной! » кричитъ хозяинъ и всѣ отправляются въ церковь. Остается одна хозяйка, на кухнѣ, и старшійработникъ, который сидитъ иа печи съ книгой Новаго Завѣта на колѣняхъ и съ заряженнымъ ружьемъ върукахъ. Дворъ охраняетъ косматая собака, а домъ — работпикъ съружьемъ. Работиикъ начинаетъ читать Новый Завѣтъ (въ такіе дни для порядочнаго человѣка это чтеніе обязательно) , но онъ сразу останавливается и начинаетъ прислушиваться. Ему по- почудился шорохъ, оиъ выбѣжалъ и выстрѣлилъ. Впрочемъ онъ стрѣляетъ не только тогда, когда заслышитъ какой-нибудь подозрительный звукъ, но выстрѣлы въ эту ночь со всѣхъ дворовъ раздаются безпрестанно. Стрѣлять въ рождественскую ночь — давпишній обычай баварцевъ; этимъ они даютъ знать ворамъ, которые, можетъ быть, подбираются къ рождественской свииьѣ, что дворъ бдительно охраняютъ и воздаютъ честь святому Младенцу, котораго они такъ иочитаютъ. Баварскій крестьянинъ говоритъ и представ- ляетъ себѣ святаго Младенца не иначе, какъ королевскимъ иринцемъ, и потому встрѣ- чаетъ его рождество съ болыпимъ почетомъ и ружейными залпами . Въ этой стрѣльбѣ участвуютъ всѣ, и старые, и молодые; каждую минуту кто нибудь беретъ ружье, выбѣ- гаетъ на дворъ и дѣлаетъ выстрѣлъ; хозяинъ стрѣляетъ черезъ окно, а его маленькій сынъ прикладываетъ къ щекѣ свое дѣтское ружье и тоже стрѣляетъ. Въ самой всенощной есть особенная прелесть для баварца. Вся церковь ярко освѣ- щена и полна народомъ. Играютъ любимую народомъ «обѣдню пастуховъ», во время которой органная труба превращается въ свирѣль, а «§1огіа» въ пастушескую- нѣсню. На казкдомъ алтарѣ образъ святаго Младенца, а на самомъ^излыпомъ ихъ нихъ онъ ра- зодѣтъ въ длинную рубашку съ золотой каймой, и его красивое, полненькое, красноще- кое личико заставляетъ биться любовью сердца молодыхъ матерей. Правой рукой онъ благословляетъ народъ, а лѣвой держитъ синій глобусъ. Какъ только всѣ вернулись со всенощной, 'хозяйка ставить на столъ «всенощный ппрогъ», печеночную колбасу, свиной сунъ съ капустой и бѣлый хлѣбъ, который но- даютъ только по болыпимъ нраздникамъ. Нослѣ этого тѣ, которые не сиали до всенощ- ной, ложатся въ постель; впрочемъ они спятъ очень не долго, такъ какъ вскорѣ звонятъ къ заутренѣ и церковь снова наполняется молящимися. Въ Рождество баварецъ не устаетъ много разъ ходить въ церковь; въ этотъ день бываетъ три обѣдни, и каждый изъ нихъ считаетъ своимъ нравственнымъ долгомъ присутствовать на всѣхъ. Возвращеніе съ за-