b000000211

72 жащаго, на его горе, боіѣзнь и страданія. Если прислуга докладывает?,, что больна, ее отправляютъ куда слѣдуетъ, берутъ другую и уже завтра никто въ семействѣ не вспо- мнить объ ней, хотя бы она передъ этимъ десять лѣтъ прослужила въ этомъ домѣ. Ан- гличане считаютъ непростительною фамильярностью входить въ семейныя дѣла своихъ служащихъ. Въ ихъ отношеніяхъ къ подчиненнымъ никогда не проглянетъ братское, теплое чувство. Господинъ отдаетъ приказаніе своему слугѣ, выслушиваетъ отчетъ о дѣлѣ, которое ему повѣрилъ, но и двухъ словъ не скажетъ ни о чемъ постороннемъ. Англій- ская прислуга считаетъ въ норядкѣ вещей высокомѣрное отношеніе къ себѣ своихъ гос- подъ, мало того, здѣсь нерѣдко бываютъ случаи, когда прислуга отказывается отъ мѣста только потому, что хозяйка не сдѣлала строгаго выговора провинціальной горничной, которая не тотчасъ встала съ своего мѣста при ея появлепіи. Прислуга необыкновенно гордится важностью и высокомѣріемъ своихъ господъ. Не смотря однако на это, хозяинъ дома считаетъ долгот, быть духовнымъ руководителемъ своей прислуги. Ясно, что такое руководство ограничивается чисто оффиціальными обязанностями. Каждое воскресенье вся прислуга вереницею, женщины впереди, мужчины позади, чинно,, почтительно и серьезно входятъ въ гостинную. Тутъ уже въ сборѣ все семейство. Хозяинъ громко чи- таетъ главу изъ Библіи, затѣмъ молитву. Въ заключеніе онъ читаетъ «Отче нашъ», и всѣ присутствующіе повторяютъ за нимъ каждое слово. Затѣмъ прислуга отдаетъ хо- зяину глубокій поклонъ и точно также молча и почтительно возвращается къ себѣ. Вслѣдствіе строгаго распредѣленія обязанностей, у служащихъ довольно свободнаго времени. Многіе изъ нихъ въ Лондонѣ имѣютъ свой клубъ и различныя общества, ко- торый они посѣщаютъ. Въ нѣкоторыхъ богатыхъ домахъ хозяева устраиваютъ нарочно для нихъ библіотеку и особую комнату для различныхъ игръ: въ шашки, въ шахматы. Послѣ обѣда они имѣютъ право уходить со двора, — въ домѣ по очереди остается только одинъ, чтобъ отворять двери, когда позвонятъ. Еромѣ множества прислуги, въ семейномъ домѣ обыкновенно гувернеры и гувер- нантки. Тѣ же перегородки, который существуютъ здѣсь между прислугой и господами, вы замѣчаете и между хозяевами и воспитателями ихъ дѣтей. Гувернантка завтракаетъ за общимъ столомъ съ хозяевами, но непремѣнно обѣдаетъ отдѣлъно съ дѣтьми и пьетъ съ ними чай. Безъ особаго приглашенія гувернантка и гувернеръ никогда не присоеди- нятся къ семейному кругу и къ нимъ никогда не обращаются какъ къ членамъ семьи. Они должны сидѣть непремѣнно около своихъ воспитанниковъ, не принимать участія въ общемъ разговорѣ, развѣ только въ крайнихъ случаяхъ. Всѣ ихъ номышленія должны быть исключительно направлены на ихъ питомцевъ, и они должны тотчасъ послѣ завтрака отправляться съ ними въ особые апартаменты. «И. англичанинъ, живущій во Франціи, пригласилъ къ дѣтямъ французскаго учителя. Однажды вечеромъ въ гостинной мистеръ И. засыпаетъ, мистриссъ принимается читать. Молодой человѣкъ, не смѣя взять книгу и не ішѣя съ кѣмъ сказать слово, послѣ немалаго усилія также начинаетъ дремать. На другой день хозяйка говорить ему сухо: «М. г., ваше поведеніе вчера вечеромъ было весьма неприлично; надѣюсь, что этого впередъ не будетъ » . — Черезъ нѣсколько времени молодая особа, съ которою онъ былъ знакомъ прежде, приглашена въ гости, онъ садится рядомъ съ нею. «М. г.», говорить ему громко мистриссъ Н., «ваше мѣстонетутъ; по- трудитесь сѣсть возлѣ вашего воспитанника». Такое обхожденіе не исключеніе, а въ по- рядкѣ вещей. Въ семейномъ быту даже самыхъ образованныхъ людей много патріархальнаго. Разскажемъ, какъ они проводятъ свой день, но будемъ говорить не объ ихъ занятіяхъ, которыя чрезвычайно разнообразны и по большей части совершаются внѣ дома, аотомъ,