b000000211

71 мохнатое, остальныя обыкновенныя тонкія. Салфетки и полотенца подъ всѣми чашками и кружками. Нѣсколькопаръподсвѣчниковъ, нѣкоторые вдѣланы въ малепькіе перено- сные столы на колесахъ, которые подкатываются, куда угодно. Свѣчку никогда не задуваютъ: она всегда снабжена нѣсколькими гасильниками. У каждой свѣчки стоятъ различныхъ родовъ спички; деревянныя, восковыя. Столики съ различными подушечками и коробочками; различныхъ родовъ ножницы, ножики, щеточки для чистки ногтей, флаконы. Все блеститъ чистотой, бѣлизной, свѣжестыо, но болѣе всего отличается стро- гою обдуманностью и самымъ точнымъ расположеніемъ. Въ четвертомъ этажѣ дѣтскія комнаты и помѣщенія для гувернантокъ и нянекъ. Наконецъ, если домъ о пяти этажахъ, то обыкновенно небольшія горенки подъ кровлей назначаются для ночлега близкимъ знакомымъ или роднымъ, которыяпріѣхали издалека. Нерѣдко впрочемъ сѣни, которые тогда бываютъ малы, не составляютъ .особаго этажа и изъ нихъ прямо вступаютъ въ рагіоиг. Лѣстница, ведущая изъ сѣней въ подвальный этажъ, гораздо уже той, которая проходитъ по остальнымъ этажамъ; но и здѣсь, въ кухнѣ и въ людскихъ комнатахъ, васъ поражаетъ чистота и опрятность; и здѣсь полы обиты цвѣтною клеенкой, окна завѣшены кисеей, уставлены горшками цвѣтовъ. У прислуги тоже есть свой рагіоиг; въ комнатѣ передъ кухнею огромный каминъ; въ немъ цѣлый день пылаетъ смолистый уголь и прислуга въ свободное отъ занятій время собирается вокругъ него. У каждаго служащаго въ домѣ, мужчина это или зкенщина, своя, строго опредѣленная, обязанность. Работа строго и точно распредѣлена между всѣми служащими. Каждый изъ нихъ знаетъ часъ и минуту, когда начинается его дѣло, въ чемъ именно состоитъ это дѣло и когда оно кончается; каждый знаетъ часы своего труда и часы отдыха и такимъ образомъ никто не можетъ сваливать свое дѣло на другого. Въ каждомъ домѣ очень много при- слуги; есть слуги, спеціально обязанные мести полы, топить печи, зажигать лампы, встрѣчать посѣтителей. Въ нѣкоторыхъ домахъ одному изъ слугъ ввѣряютъ такую-то комнату, другому — другую. Слуга входитъ въ комнату извѣстное число разъ; четыре, пять и много шесть разъ; утромъ онъ приходитъ, чтобы поднять шторы и занавѣсы, открыть внутреннія ставни, взять для чистки обувь и платье, принести большое ведро горячей воды съ шерстяною подстилкою, на которую ставятъ ноги; передъ завтракомъ и обѣдомъ онъ вноситъ воду помыться; наконецъ появляется передъ ночью, чтобы за- крыть окна, постлать постель, приготовить ванну, перемѣнить бѣлье. Все это лакей дѣлаетъ съ почтительностью, молча и съ чувствомъ собственнаго достоинства; всѣ обя- занности выполняетъ онъ добросовѣстно, съ безукоризненною точностью и правильностью, минута въ минуту. Слуги въ домахъ двухъ родовъ; высшіе и нисшіе. Высшіе отвѣт- ственны и передаютъ всѣ распоряженія господъ нисшимъ; но во главѣ всѣхъ ихъ стоитъ «ЬиНег» для мужчинъ и старшая горничная — для женщинъ. Если грумъ явится въгряз- номъ платьѣ, господинъ ему ничего не замѣтитъ, но сдѣлаетъ выговоръ бутлеру; тоже самое относительно женской прислуги. Разстояніе, существующее между господами и слугами въ богатыхъ домахъ, гро- мадно. Англичанинъ почувствовалъ бы полнѣйшее омерзеніе къ господину, который кричитъ на своего лакея, топаетъ ногами, безпрестанно посылаетъ его то за тѣмъ, то за другимъ, но въ то же время широко бы раскрылъ глаза, если бы ему пришлось уви- дѣть простыя, дружескія отношенія мезкду ними. Англичанинъ къ своему слугѣ отно- сится совершенно, какъ къ машинѣ; холодно, покойно, никогда не выйдетъ изъ себя, требуетъ только то, что было выговорено въ условіи. Получивъ отъ слуги то, что ему было нужно и что онъ по усювію имѣетъ полное право требовать, онъ знать не хочетъ своей прислуги; не обратитъ ни малѣйшаго вниманія на характеръ того иди другого слу-