b000000211

96 прибытіи, по всѣмъ направленіямъ желѣзныхъ дорогъ, на пароходахъ и баркахъ. Пира- миды говядины передъ мясными лавками становятся все выше и объемистѣе. Любопытно посмотрѣть на эти горы съѣстныхъ припасовъ вечеромъ, въ многолюдныхъ кварталахъ Лондона, срер густой толпы народа, при свѣтѣ тысячи газовыхъ рожковъ. Но еще болѣе любопытно заглянуть въ это время въ домъ семейнаго человѣка. Стѣны самой бѣдной хижины украшены зеленью чертополоха и лавра. Убирать зеленью комнаты въ этотъ день — самое любимое занятіе всѣхъ дѣвушекъ, какъ знатныхъ, такъ ппростыхъ. Трудно представить, съ какимъ вкусомъ убраны стѣны всѣхъ комнатъ въ болѣе зажиточныхъ домахъ. Гирлянды, вѣдки, вензеля и букеты расположены по стѣнамъ такъ, что не видно пустаго мѣста, и каждая комната нредставляетъ необыкновенно фантастнческій зеленый гротъ. Тутъ и здѣсь свѣшивается вьющійся зеленый плющъ, а на нѣжной зелени остро- листника ярко выдѣляются красныя ягоды, которыя по словамъ старыхъпѣсенъ, «увѣн- чиваютъ голову мрачной зимы». «Лавръ», говорится въ одной пѣснѣ, «всего нриличнѣе воинамъ и ноэтамъ, дубъ — эмблема сильныхъ, миртъ нравится красавицамъ, а остро - листникъ дорогъ сердцу каждаго добраго англичанина». И потому-то, убирая комнаты, каждая англичанка непремѣнно старается добыть темную зелень остролистника съ его красными ягодами. Къ потолку прикрѣпляютъ вѣтку омелы, которая свѣшивается среди комнаты. Дѣвушка кончила свою работу и уже хочетъ отойти, но въ дверь вошелъ зна- комый молодой человѣкъ, быстро подбѣжалъ къ вѣткѣ, и молодые люди звонко поцѣло- вались. Вѣтка омелы даетъ право мужчинѣ, хорошо принятому въдомѣ, поцѣловать каж- дую женщину, которую онъ застанетъ подъ ея священною зеленью. Этотъ обычай, пови- димому не подходящій къ англійскимъ нравамъ, строго выполняется даже самыми чопор- ными дѣвушками и женщинами, но, конечно, только въ нисшихъ и среднихъ классахъ, — аристократы считаютъ для себя этотъ обычай слишкомъ вульгарнымъ. «Рождество пришло! здравствуй, старый дѣдушка Рождество! Ты опять пришелъ, добрый старикъ, съ твоею сѣдою бородою!» — вотъ крики дѣтей и молодыхъ дѣвушекъ раньше зари, раньше пѣнія пѣтуха. Въ нѣкоторыхъ англійскихъ деревняхъ еще до сихъ поръ вѣрятъ, что пѣтухъ въ день Рождества привѣтствуетъ зарю новой эры и приноситъ счастье на весь годъ, и потому дѣвушки и дѣти стараются проснуться раньше пѣтуха и прокричать поздравде- ніе, какъ они говорятъ; «доброму дѣдушкѣ Рождеству», — котораго они такъ искренно любятъ. Сѣдая борода «отца Рождества» — это снѣгъ. Иногда однако въ Англіи Рождество встрѣчаютъ безъ снѣга, но англичане не любятъ зеленаго Рождества. «Зеленое Рожде- ство — сѣрое, мрачное кладбище», говоритъ англійская пословица. Опишемъ утро Рождества въ Лондонѣ. Улицы около восьми часовъ еще совсѣмъ пусты, слышится только звукъ тысячи колокоювъ въ сухомъ и холодномъ воздухѣ. Ма- ленькіе выметальщики улицъ, съ босыми, красными ногами, бѣгаютъ по бѣлому снѣгу взадъ и впередъ, стараясь привести улицы въ болыпій порядокъ. Но вотъ разряжен- ный народъ потянулся въ церкви; въ толпѣ безнрестанно мелькаютъ горничныя, опрятно одѣтыя, съ огромными тортами въ рукахъ, покрытыми бѣлыми, какъ снѣгъ,: салфетками. Сквозь занавѣсы даже самыхъ скромныхъ оконъ блеститъ огонь: это рождественское нолѣно пылаетъ въ очагѣ и яркимъ пламенемъ освѣщаетъ веселыялица. «Пылающій огонь въ каминѣ и добрая, улыбающаяся жена», по англійской пословицѣ, «лучшія сокровища казкдаго человѣка». И дѣйствительно, въ Англіи въ Рождество мало найдешь очаговъ, которые не свѣтятся, мало женщинъ, которыя не улыбаются. Разу-; мѣется. Рождество не уничтожаетъ Волшебствомъ всѣ страданія несчастныхъ пролета- ріевъ, которые въ этой замѣчательно богатой столицѣ бѣднѣе и несчастнѣе, чѣмъ гдѣ бы то ни было. Тѣмъне менѣе рѣдкій бѣднякъ не сидитъ въ этотъ день у пылающаго. очага. Почти во всѣхъ деревняхъ и. городахъ существуютъ «рождественскіе клубы»— -родъ