b000000210

Галломания дворянства 417 и, пожалуй, в душе юного зрителя". Иногда, наобо- рот, скороговорка вкрадывалась в протяжную певу- чую речь. Раз сделанную роль Жорж играла каждый спек- такль чисто механически, точно по нотам. В этом отношении она доходила до того, что даже в самых жарких местах своей роли, в паузе между репликами, умела говорить о постороннем и браниться с парт- нерами и театральной прислугой. Жорж не была актрисой ансамбля, и это, надо заметить, не было ее индивидуальной чертой: в ту пору спектакль, вообще, и не строился на ансамбле, но представлял собою простое сочетание индиви- дуальностей. А Жорж, сильная актриса сама по себе, тем труднее сливалась с партнерами. Сопоставляя все только что сказанное о Жорж с тем, что мы узнали в предыдущей главе об искус- стве французского актера XVIII века, мы видим, что традиция франщгзского классицизма была сильна и прочна и в начале XIX в. Индивидуальность Жорж определяла и характер французского репертуара в России: мы видим ве- реницу трагических пьес, среди которых, правда, первое место занимают произведения Вольтера, т. -е. трагедия, уже потерявшая свой исконный пафос и значительно обездушенная и формальная. Дебю- тировала она в роли Федры — это была, повиди- мому, ее лучшая роль, затем играла Аменаиду в Танкреде, Семирамиду, Дидону и т. д. Играла