b000000194

Святослава 1076 г., „значительное количество поучений с име- нем Василия . . . еще во многих других сборниках, например, в Златой Цепи, Измарагдах и проч. Кроме того, в России существовал Шестоднев Василия Великого, переведенный, хотя и не в полном виде, Иоанном Экзархом Болгарским“ {стр. 253). „Мы заметили выше, что творечия Василия Великого пользовались особенный сочувсгвием Владимира Мономаха* Это ясно усматривается из характера Поучения Мэломаха. То же сочувствие к природе, какие встречаем в творениях •Василия, особенно в его Ше с т о д н е в е , заметно и в поуче- :ѵпш Владимира. Восхищенный премудрым устройством природы, Мономах восклицает: чудны дела твои, господи, и никакой разум не в состоянии прославить чудес твоих. И кто не по- хвалиТ| продолжает Мономах, и не прославит таких свеликих чюдес и доброт, устроенных на сем свете: како небо устроено, како ли солнце, како ли луна, како ли звез/ы, и тма, и свет, и земля на водах положена, господи, твоим промысломі зверье разноличнии и птица и рыбы, украшено твоим про іыслом госпэдиі» Вглядываясь в премудрое и дивное устройство мира, Владимир особенно поражен разноличием человеческого образа: •если бы мир весь совокупить, говорит он, то всякий из нас предстал бы с своим ообенным лчцом по мудрости божией. Под влиянием какого-то особенного поэтического вдохчовения, Мономах вдруг ьачшает говорить о пенни: «и ты же птице небесныя (то-есіь, и те же птицы небесные) умудрены тобою, .господи, егда повелиши, то вспоють и человекы веселятъ тобе; и егда же не повелиши им, язык же имеюще онемеють». Здесь .ясно видно благочестивое созерцание природы, настроенное чтением творений Василия Великого. Но в приведенных. . . местах Поучения отразил :с ь . . . преимущественно влияние Шестоднева Василия1— произве/ения более поэтического, нежели аскетического, так свойственного этому отцу церкви. 1 Что установлено сопоставлением соответствующнх мест из современ­ ного перевода Бесед на Шестоднев Васячия Великого, изд. в „Творениях 'Сва. отцев", т. V. ли