b000000194

рентьевской летописи). Протограф Лаврентьевской летописи был, как говорит Лаврентий, уже настолько обветшалой* книгою, что не везде ее текст легко прочитывался перепис- чиком. Иногда переписчик все же, несмотря на неясность, прочитывал текст, подлежащий переписке;но сам же находил полученное им чтение подозрительным и непонятный, тогда он такое полученное чтение отделял от ссседних слов точ- ками. . . Но почему же так случилось, что в «Поучении» Лаврентий прямо оставил пустыми 4 2 строки, не дав никакой попытки своего прочтения? Ответ, очевидно, будет тот, что в своей ветхой кннге, подлежащей переписке, Лаврентий в этих 4 Ѵ 2 строках, как и в ряде другнх м е с т . . . , ничего даже приблизительно восстановить прочтением не мог. Но как же получилось, что именно здесь, в начале текста «Поуче- ния р , оказались столь загрязненные, или столь сильно стер- т ы і строки? Давно уже определено, что так называемое «Поучение» Владимира Мономаха представляет собою три самостоятельны!, отдельных произведения этого автора: в начале поучение детям (без окончания), затем письмо Мономаха двоюродному своему брату Олегу (оно без начала) и, наконец, текст культового содержащія, вероятно, пера того же автора. Также давно установлено, что эта дефектная группа листов, содержащая все три произведения Мономаха, попала у Лаврентия или в его протографе не на свое место: ведь текст этих произведений Мономаха разрьівает собою текст летописного повествования 1096 г., и при удаленни из настоящей) его места «Поучения® разорванный им текст летописного повествования 1096 г. благополучно смыкается во вполне последовательный и связный рассказ“. Приселков пришел к убеждению, „что Лаврентий получил для переписки книгу, в которой эти листы находились уже не на своем месте. В самом деле, неужели Лаврентий, рас­ полагай он возможностью переставлять листы переписываемой ветхой книги, не смог бы найти для иих более подходящего места, чем занимаемое ими теперь, например, хотя бы в коние изложення любого года? Но вполне своевременно спросить 96