Кольчугинские вести ЛЮДИ НАШЕГО ГОРОДА …Ìû сидим с Зоей Александровной за столом у нее дома, листаем альбомы, тяжелые, с пожелтевшими страницами и вырезанными уголками для черно-белых фотографий. Зоя Александровна с сожалением пожимает плечами, мол, тогда не очень часто фотографировались. С любовью рассматривает родные лица, останавливается на открытке с изображением Ярославского театра имени Волкова: много воспоминаний связано с этим местом. Вздохнув, Зоя Александровна неспешно начинает свой рассказ: - Родилась я в простой семье Захаровых. Жили мы в Родниках: городе, который находится в Ивановской области. Отец работал слесарем на родниковском текстильном комбинате, а мама была портнихой. Детей было четверо в семье, пятый ребенок родился уже после войны, поэтому мама всегда была занята нашим воспитанием. Шила она очень хорошо: даже артисты ярославского Волковского театра заказывали у нее костюмы! Она обладала хорошим вкусом, хотя имела только два класса образования. Вспоминаю я и дедушку с бабушкой: дед был машинистом, бабушка – домашней хозяйкой. Тогда, в двадцатые годы, многие женщины были безграмотные, могли только расписываться. - Зоя Александровна, насколько мне известно, вскоре Ваша семья перебралась в Ярославль? - Верно. Отца послали учиться в Москву в текстильный институт. Когда он его закончил, то поехал по направлению в Ярославль. Там я пошла в первый класс. Моя школа имени Пушкина была очень хорошей, похожей на нашу шестую школу. Я училась до девятого класса, а потом началась âîéíà… Было очень тяжёлое положение: Ярославль бомбили, всех мужчин взяли на фронт. К нам пришли из горкома комсомола и предложили пойтинамеханическийзаводработать,ведьработать было некому. Завод находился на берегу Волги, через дорогу от нашего завода был огромныйрезиновыйкомбинат,«резинка»,накотором делали шины. Вы только представьте себе, какоевоенноезначениеонимел,поэтомунемцы старались его разбомбить. Но все-таки у них не получилосьразгромитьнишинныйзавод,нинаш. Я была токарем-операционником, работала по чертежам, знала, как обтачивать деталь. Каждая из них была по восемь килограммов, и мне нужно было поднимать руками эти чугунные детали, ставить в станок, а потом станок запускать. Из цеха мы выходили все черные, так что нужно было сначала отмываться, чтобы идти домой по городу. Руки же отмыть было невозможно, они всегда оставались черными из-за стойкой чугунной пыли. Представляете, у меня только недавно прошла мозоль на руке, которую я заработала на этом заводе! Работали мы по двенадцать часов, отдохнуть можно было в пересменку. Существовал получасовой обед. Нас кормили капустой, то ли жареной, то ли пареной, смазанной жиром, без хлеба. А хлеб нам давали по пятьсот граммов на карточку. Дети же получали по триста граммов. Хлеб берегли, все несли в дом, ведь семья была большая. - Расскажите, пожалуйста, про военные годы в Ярославле. - Ярославль очень бомбили, бомбили страшно. Через Волгу пролегал большой мост, который имел огромное военное значение. Ярославль в то время уже был промышленным городом, в нем было много заводов и фабрик. Фашисты стремились разгромить этот мост, так как в Ярославль со всех сторон шли машины нашей армии, которые чтото привозили или увозили. Ночью, особенно к утру, фашистские самолёты начинали усиленно летать над городом. Как сейчас помню: однажды кучкой, девочками, собрались со своего микрорайона и пошли на работу, на завод, а идти нужно было километра четыре, трамваи не ходили. Электричества не было, да мы и без фонарей могли найти путь, знали его на ощупь. Когда мы подошли к заводу, в семь часов утра, то увидели, что кругом была кровь и человеческие останки, которые после ночной бомбежки еще не успели óáðàòü… Мы дрожали от страха, когда пришли в цех. Работать было очень трудно, в ночную смену ужасно хотелось спать! Как вспомню свою постель, так глаза закрываются. На заводе одни девчонки и женщины работали. Мужчины, у которых была бронь, тоже помогали, они были мастерами. Некоторым девочкам, заснувшим за станком, отрубало пальцы. Даже среди заводского гула были слышны эти страшные крики áîëè… Мама, когда отправляла на работу, всегда крестила меня и говорила: «Доченька, увижу ли я тебя завтра?» Наш завод был за перелеском, неподалеку находился большой-большой спуск к Волге. Когда объявлялась тревога, выла сирена. Заслышав ее, мы бежали к Волге, к этому спуску: в нем были вырыты огромные укрытия, похожие на гнёзда. Вот мы и бежали туда, чтобы укрыться. Все кругом трещало, и шелест по лесу был такой, как будто шел дождь: этот звук исходил от кусков падающего металла, осколков и обломков. Никто не погибал, но было очень страшно. Освещения не было, мы бежали в темноте, поэтому натыкались на деревья. А когда возвращались в цех, обнаруживали то царапины, то кровь из носа. Но капусту в столовой уже ели с удовольствием! В свои пятнадцать лет я узнала, № 9 (866) 10 марта 2016 г. Свой 90-летний юбилей 17 марта отмечает ветеран труда, отличник народного образования, дорогой и любимый наш учитель Зоя Александровна Трошина. Предвидим, что в этот праздничный день ее телефон будет разрываться от звонков и теплых слов, благодарностей, самых добрых пожеланий в адрес юбиляра. В свою очередь, наша редакция желает Зое Александровне крепкого здоровья, силы и бодрости духа, нескончаемой энергии, любви и заботы близких! В преддверии юбилея наш корреспондент Елена Лёзова побеседовала с именинницей, попросила ее рассказать о своем нелегком жизненном пути, работе в школе, дорогой семье. что такое страх. И даже сейчас, когда я слышу эту сирену, у меня всё внутри çàìèðàåò… А на заводе нам так и сказали: «Когда кончатся военные события под Сталинградом, можете возвращаться в школу». Поэтому я вернулась в школу и закончила десятый класс. Зоя Александровна держит в руках фотографию, на ней – очень красивая семья. - У моего брата Бориса были большие карие глаза и густые ресницы, и я всегда говорила: «Борис, отдай мне твои ресницы, возьми мои». Он ведь красивый парень был. Сейчас у меня остались два брата, оба живут в Ярославле. - С мужем Вы тоже в Ярославле познакомились? - После окончания войны его отца Михаила Тихоновича, майора авиации, отослали в Ярославль. Здесь жили их друзья. Жили они в нашем двухэтажном доме: мы - на втором этаже, а они - на первом. Валентин - мой будущий муж - с матерью приезжали к отцу и останавливались у своих друзей. Так мы и познакомились (рассказываетЗояАлександровнаипоказываетнафото Валентина Михайловича). Валентин тогда тоже заканчивал десятый класс, в Судогде. Учился Валентин на одни пятерки, даже получил золотую медаль, но ее у него украли. Одноклассники про него говорили: «Валя – эталон знаний, он был добрым и всегда давал списывать, хорошо разбирался в математике и физике». У меня же с математикой и физикой было не очень хорошо, поэтому он мне помогал. Однажды я принесла учебники, и мы с ним стали решать задачи, сидя на улице: тепло тогда было. Кроме Валентина в его семье были еще брат и сестра. Когда его отца демобилизовали, он всю семью перевез в Кольчугино. Валентин каждые каникулы приезжал ко мне в Ярославль. Очень интересно было с ним. Однажды даже ходили в Волковский театр на пьесу «Таланты и поклонники», билеты на которую предложил его отец. Ходили на танцы. Мой сокурсник по фамилии Гильбо был моим партнером по вальсу. Танцы на приз проходили в пединституте в зале, который мы называли «семинарка». Призом была пачка печенья «Василёк». Гильбо мне так и говорил: «Тебе половина и мне половина. Я свою девчонку угощу, а ты угости своего парня». Сначала я хотела поступать в медицинский и даже прошла по конкурсу. Но институт перевели в Смоленск, на его родину, а я поехать не могла. Мои подружки пошли в Ярославский педагогический институт. Я любила историю, все гуманитарные науки, имела одни пятерки и четверки по этим предметам. Мне было, конечно, грустно, но все-таки я пошла поступать в пединститут. На экзамене меня много спрашивали про войну. Сдала на пять, поступила, сразу же стала получать стипендию, была очень активной комсомолкой. Кроме того, я очень любила политику, ходила на все лекции, поэтому мне было легко учиться. Пединститут я закончила в 1949 году, вышла замуж и уехала с Валентином Михайловичем в Кольчугино. Как это обычно и бывает, на самом интересном месте рассказ обрывается. Звонит домофон, и Зоя Александровна идет открывать: это пришла социальная работница, принесла продукты. - Все-таки мы с Валентином оставили хорошийгород,гдеуменябыломногознакомых(продолжает Зоя Александровна). В Кольчугино мы сначала жили на улице 3-го Интернационала. Магазинов нигде в то время не было, один «Центральный» на всю округу. В семье Валентина меня никто не обижал, все хорошо ко мне относились. Мой муж стал работать заведующим промышленнымотделомвгоркомепартии.Позже Валентина послали в партийную школу в Иваново, где он получил высшее образование, закончил с красным дипломом. Потом мой муж всю жизнь работал на заводе имени Орджоникидзе. Эту квартиру нам дали в 1953 году, в новомдоме,бесплатно. - Зоя Александровна, расскажите, пожалуйста, как Вы стали работать в школе №7. - Приехав в Кольчугино, в 1949 году я начала работать в школе №3, преподавала историю и Конституцию. Когда же в 1953 году построили и открыли школу №7, меня сразу взяли туда учителем истории. Я пол-Кольчугина выучила, íàâåðíîå… В 1967 году я заняла должность заместителя директора по воспитательной части. Первые два года в новой школе были очень трудными, так как пришли учиться дети из разных микрорайонов, сел, деревень. Педагогический коллектив был очень молодой, шумливый. Приехали по направлению молодые учителя из Москвы. С первых дней в школе стали складываться традиции. Например, учебный день всегда начинался с зарядки. Традиционными стали и занятия по политической информации: проводились ониодинразвнеделю,погазетам,околобольшой карты, которая висела на третьем этаже. Также мы проверяли, чтобы все дети были записаны в библиотеки. Старались, чтобы старшие классы выписывали «Комсомольскую правду». Позже нашей школе было дано имя Крупской, в день столетия со дня ее рождения. На втором этаже даже была оформлена комната Крупской. Все ребята были записаны в кружки. Ничего не скажешь, работа школы была на высоком уровне. Крометого,ученикипростоболелитеннисом!Завод Орджоникидзе подарил нам четыре теннисных стола, и все перемены ребята играли. Школа буквально гудела до вечера! Ребята уходили домой, а вечером приходили в школу играть, даже соревновались. Вообще, нашей школе очень повезло с директорами. С глубоким уважением вспоминаю Матвееву Надежду Павловну, Рамушева АлександраЛеонидовича,ПарменовуАлександруИвановну. Прекрасные завучи, профессионалы, учителя Ключарев Иван Дмитриевич, Забавина Клавдия Федоровна,ПшеничниковаНинаПетровна,ЕгороваНинаСергеевна.Линейкибыливведеныименно в нашей школе, они проводились к каждому празднику Красного календаря. Начиналась линейка всегда с девиза. Секретарь комсомольской организации громко скандировал: Огонь сжигает только трусов, - а остальные дружно подхватывали: а смелых - плавят в бронзу на века! Большую роль в жизни школы играли клубы, например,клуб«Колокольчик».Моймладшийсын – Саша – был избран классом главным «колокольчиком», старостой клуба. В клубе читали стихотворения Барто, Пушкина и других поэтов, проводили читательские конференции по прочитанным книгам, знакомились с картинами русских художников, приглашали молодых рабочих завода для бесед о заводе, обсуждали поведение и успеваемость. Занятие проводилось один раз в четверть. Я давала классным руководителям задание, тему клуба, и потом они проводилизанятия.Дляребятизклуба«Буденовки» родители даже сшили детям шапки. В старших классах был клуб «Шедевр», где дети знакомилисьс произведениямиписателей,художественными полотнами, модой. «Прометей» - еще один очень интересный клуб для старшеклассников. Каждый из клубов имел свою песню, с которой начиналосьзанятие.Кто-топодыгрывалнагитаре, а пели все хором. Ученики приносили пластинки, играли на пианино, учились танцевать. Перемены тогда были большие: мы заводили музыку на все четыре этажа и танцевали всю перемену. Любили дети танцы, даже решили ввести в традицию Осенний бал. Ученики приходили в «осенних» костюмах, украшенных листьями осени. Еще одна традиция нашей школы – День юмора 1 апреля. Ученики собирали, что было юмористического в классе, и обыгрывали это: кто как списывает или отвечает у доски. На Новый год устраивали карнавалы, на которые без костюма никого не пускали. Мальчики любили надевать военную форму. Учителя все были молодые, поэтому все вместе танцевали на школьных ёлках. Кроме того, веснойиосеньюрегулярнопроводилисьсубботники. Каждый класс имел определенную территорию возле школы, за порядок которой он отвечал. Диспуты – еще одна традиция нашей школы. Я учила учителей, как они должны проводиться. Например, темой диспута для старшеклассников был вопрос: «Что волнует мое комсомольское сердце?»А педагоги в свою очередь отвечали на другой вопрос: «Что волнует мое педагогическое сердце?» На втором этаже на доске «Что? Где? Когда?» вывешивали вопросы к диспуту и дату, когда он будет проводиться. Каждый класс выступал со своей точкой зрения. Также делали инсценировку военной песни: для этого можно было соединиться двум классам. Для малышей проводился смотр строя и песни. Это очень трудно для них – идти и петь, в ряд, всем вместе. Проводились военно-патриотические, спортивныеигры,например,«Орленок»и«Зарница». Зимой и перед концом учебного года ходили за Белую речку всей школой в походы. Я была генералом, да таким уж генералом, что один раз зимой застряла в снегу, пришлось даже доставать мои валенки (смеется Зоя Александровна). 4 Летом проводили соревнования, жгли костры. Учитель биологии Мария Николаевна Ефимова каждый раз наказывала нам перед таким походом провести беседы в классах, чтобы ученики не рвали попусту цветы, листья и ветки в лесу. На природе мы проводили спортивные соревнования, готовили кашу, пекли картофель, а потом пробовали, что получилось. Костер учились разжигать от одной спички. В конце все убирали, костер заливали водой, зарывали землей и затаптывали по всем правилам. Затем дети выстраивались на линейку, а физруки говорили, кто и сколько баллов за такое соревнование получил. В то время становилось популярным дискотечное движение. Инструментов не было, поэтому ребята взяли пионерские барабаны, а гитары смастерили сами. Вот вам и получился ансамбль. Но потом решили, что так не пойдет. Года через два стали копить деньги на инструменты, собирать макулатуру и металлолом. Мой сын учился в Иванове, приезжал к нам в школу и был диск-жокеем на наших дискотеках. Для того чтобы научиться проводить дискотеки, к нам приходили ребята из других школ и Дома пионеров. Каждый месяц мы плясали до упаду! В художественной самодеятельности школа всегда была первой. Мы с ребятами любили ставить драматические отрывки. Тогда в городе проводился конкурс между школьными хорами. Вместе с преподавателем из музыкальной школы даже ставили маленькие оперы. Однако не доставало мальчиков в хоре, поэтому я так и сказала ребятам: «Никто не пойдет домой, пока не пройдет прослушивание». Мы заставляли их учить песни и петь, ведь нельзя было подводить школу. Ученики 9-10-х классов должны были работать на производстве один раз в неделю. Многие наши выпускники шли потом в профессиональное техническое училище, а некоторые поступали в вузы. Было очень сложно поступить, но ребятам это удавалось. Мне же говорили, что ребят надо ориентировать на заводы. Горжусь, что среди моих воспитанников есть известные кольчугинцы: Виктор Катышев, Валерий Гарус, Альберт Скотников, Дмитрий Темкин, Николай Кожин, Сергей Тихомиров и многие другие. Одно время в горкоме комсомола работали выпускники только нашей школы – так получилось! В спорте наши ребята тоже занимали хорошие места. Вообще дети любили спорт, существовала единая спортивная форма. За все заслуги нашей школе было дано областное переходящееКрасноезнамя.Этоозначало,что мы были одной из лучших школ области. У нас появилсямузей– нашагордость!Я отдаласвой комсомольский билет в музей, так что теперь и мой экспонат там есть. - Зоя Александровна, Вы работали в Макаровской школе? - Да, я, будучи пенсионеркой, с 1984 по 2000 годы работала в только что открытой Макаровской школе. Меня пригласили, так как не было учителя, на полгода, а проработала я в ней 16 лет. Школа новая, педагогический коллектив был дружный, ребята добрые, меня хорошо встретили. Директор Виталий Анисимович Пантелеев – профессионал в педагогике, заслуженный учитель РСФСР. Мне было хорошо работать в этой школе. Итак, всего в школах №3, №7 и Макаровской школе я проработала 56 лет. - Когда последний раз Вы приходили вшколу? - Последний раз я была в школе на День учителя прошлой осенью. Меня приглашали и на Новый год. Вообще, директор школы Татьяна Васильевна Кузнецова меня приглашает всегда. Педагогический коллектив школы №7 был и остается дружным, учителя поддерживают друг друга во всех делах. «Так и живет школа, Зоя Александровна, именно на том фундаменте, что вы в свое время заложили, силами того коллектива», - как-то сказала мне Татьяна Васильевна. Спасибо вам, что вы нас помните, сохраняете традиции и что-то новое создаете. Сейчас Зоя Александровна окружена любовью и заботой близких. Внучки – Ириша и Сашенька – часто навещают бабушку, все праздники они проводят в теплом семейном кругу. «Как хорошо моя внучка поет «Бухенвальдский набат»!» - восхищается 9-летней внучкой Сашенькой Зоя Александровна. Девочка учится только во втором классе, а уже имеет двадцать дипломов различных вокальных конкурсов! Говорит, что мечтает стать режиссером. Старшей внучке – Ирише - очень нравится учиться на кафедре журналистики, рекламы и связей с общественностью во Владимирском Государственном Университете. Внучка получает хорошие оценки. Зоя Александровна - дружелюбный человек, онаоченьлюбитобщатьсяс соседямиподому. Огорчает лишь то, что у нее нет возможности выйти погулять во двор: лавочки возле подъездов давно исчезли. Пожилые люди, передвигающиеся с помощью трости, вынуждены оставаться дома или довольствоваться «прогулками» на балконе. Быть может, ответственные службы услышат, наконец, скромную просьбу Зои Александровны и поставят лавочки возле подъездов, чтобы дорогой для нас всех человек,вошедшийвисториюисердцегорода,смог подышать свежим воздухом? Е. ЛЕЗОВА, фото из архива З.А. ТРОШИНОЙ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4