Кольчугинские ести в МИР УВЛЕЧЕННЫХ № 37 (843) 23 сентября 2015 г. 5 Или Что чувствует тот, кто прыгает с парашютом, и тот, кто ждет на земле Небо в подарок Для моего мужа Дениса настал свой срок, когда наш зять подарил ему сертификат на прыжок с парашютом. Конечно, логичнее и анекдотичнее было бы, если б зять подарил этот сертификат мне, теще. Но так уж вышло, что подарок этот по случаю крестин нашей внучки достался именно мужу. А мне, бабушке, достался планшет. …Òåïåðü этот планшет лежит на заднем сидении нашей машины и терпеливо ждет, когда у моего телефона, заменяющего нам навигатор, сядет зарядка. Нам предстоит преодолеть около 300 километров по сложным федеральным трассам (А108, Е105) до пункта назначения – спортивного аэродрома ФИНАМ в Серпуховском районе Московской области, на окраине деревниБольшоеГрызлово.Деньобещаетбыть жарким и солнечным, редкие облачка пролетают в высоком голубом небе - чего еще может желатьчеловек,которомупредстоитсовсемскоро оказаться в объятьях этого неба! ездке в газету. «Да чего об этом писать, - протестует Денис, - вот если б одиночный прыæîê…» Но, судя по реакции тех, кто приземляется после первого тандем-прыжка, впечатлений людям хватает. …À диспетчер всё объявляет и объявляет взлеты. Звучат незнакомые слова «альфа-формация», «ïàê»… Видимо, речь идет о групповых прыжках, потому что на отправку в самолет собираютсядружные,спаянныекомпаниипарашютистов.Многоздесьпарашютистов,снабженных шлемами с фото-видео аппаратурой. Это воздушные операторы. Их подготовкой тоже занимаетсяаэроклуб.Вообще,спортивныепарашютисты – это люди, начисто подсевшие на адреналин. Находясь на земле, они рвутся в небо, как будто только там существует настоящая жизнь. И в этом они, безусловно, похожи на птиц. Если ты на земле, ïîäîéäè… Пора! Мы прибываем на место в начале одиннадцатого. Вообще, по соседству с неприметной деревенькой Большое Грызлово аэродром ФИНАМ выглядит весьма впечатляюще. Территория поддерживается в идеальном порядке, кругом – цветущие клумбы, стриженые газоны. Аэродром оборудован двумя взлетно-посадочными полосами, площадкой для приземления парашютистов, пилотажной зоной. В состав аэродромного комплекса входят гостиница, два кафе и ресторан, удобная автостоянка. Сердце аэродрома – основное здание, в которомрасположенызаложидания,учебныеклассы, окна для оформления прыжков, ресепшн (здесь он называется «манифест»), гардеробные, зона для укладки ïàðàøþòîâ… Это только то, что открывается взору, едва переступаешь порог. Наверняка, здесь находится много чего еще,носпособностьконцентрироватьвнимание теряется здесь начисто – в зале царит «движуха», не сравнимая ни с вокзальной, ни с уличной суетой. Мимо снуют парашютисты, причем, определить,ктоновичок,актобывалыйспортсмен, на первый взгляд невозможно – все одеты в одинаково современные комбинезоны, правда, спортсмены чаще заходят в зал, неся в руках собранный в охапку парашют, или выходят из зала с парашютом, уже сложенным в аккуратный рюкзачок за спиной. Здесь же толкутся сочувствующие – друзья и родственники тех, кому предстоит прыгать. То и дело звучит голос диспетчера, объявляющего взлеты для разных категорий парашютистов, вызывающего инструкторов на манифест или просто сообщающего разную информацию. Голоса, голоса, ãîëîñà… «…Ðàññêàæè, расскажи, как все было!» - нетерпеливо допрашивает девушка своего друга, а он пока не может собраться с мыслями, только улыбается. «Ну, комбинезон подберете в гардеробной, вниз лучше надеть не джинсы, а спортивные штаны, чтобы осталось место под памперс», - шутит один инструктор, готовя новичка для прыжка. «Чё за парашют мне дали, старый, наверное, не îòêðîåòñÿ…» - бубнит другой инструктор, натягивая рюкзак с парашютом на плечи, и только по глазам этого ворчуна видно, что он тоже шутит, играет на ïóáëèêó… А диспетчер добавляет по громкой связи «Инструктор Слава Большов, если ты на земле, подойди к манифесту». Наконец Дениса вызывают – его срок настал. В гардеробной он облачается в красивый комбинезон. Пока ждем инструктора, устраиваем небольшую фотосессию. Рядом тоже ждет своего инструктора женщина пенсионного возраста. За нее болеет молодая дочь. И такое бывает. Наконец, инструктор мужа пришел – мужчина «за пятьдесят», зовут Андрей (как потом выяснилось, именитый спортсмен, участник крупных соревнований). Помогает надеть снаряжение, объясняет и показывает, как проходит прыжок, что нужно делать и чего ни в коем случае делать нельзя. А диспетчер уже объявляет взлет. Построение. Отправка в самолет. Я успеваю перекрестить своего супруга, хотя никто здесь этого не делает. И – ждать. Теперь это другое ожидание. Теперь я вижу, как пошел на взлет самолет, как исчез в высоком синем небе. Где-то там близкий мне человек должен будет сделать шаг в небо, пусть и с инструктором за спиной. От одной мысли об этом шаге у меня, стоящей на земле, кружится голова. Мы, родственники, стоим, задрав головы, и ждем того самого момента, когда из ничего в небе появятся восемь разноцветных точек. Вместе с нами за небом наблюдаетназемныйдиспетчер,отправляющий людей в самолет. Он знает, в какой момент должны появиться точки и машинально пересчитывает их. Я тоже считаю и понимаю, что их только семь. На поле небольшая паника,откуда-тоберетсяспецмашина,лихоустремляющаяся вдаль по мягкой зеленой траве. Что-то ñëó÷èëîñü… Не знаю, как у других, но у меня внутри все переворачивается. Я смотрю на семь парашютов и кляну себя за то, что забыла спросить у инструктора мужа, какого цвета его парашют. Наконец, показывается и восьмой парашют ярко красного цвета, причем, своим приземлением он опережает остальных. Потом я узнаю, что это был запасной парашют, что основной парашют не раскрылся и что, слава Богу, это случилось не с моим мужем. Ожидание Вообще,всездесьделятсянадвекатегории– готовящихсяпрыгнутьипрыгнувших.Дениспока принадлежит к первой и оформляется в специальном окне. Вежливая девушка сообщает, что подождать придется два-два с половиной часа - диспетчер объявит о начале подготовки к прыжкупогромкойсвязи.Вообще,весьперсоналздесь очень вежливый. На вопрос о том, где находится дамская комната, отвечают охотно и подробно: видимо,этакомната,равнокакимужская,пользуются здесь повышенным спросом. Ждать идем на улицу – здесь, прямо у ограждения площадки для приземления парашютистов, поставлены удобные лавочки – можно наблюдать потрясающие виды приземления. Но первое, что ищут на небе все сидящие на этих лавочках – разноцветные точки раскрывающихся куполов парашютов. Они появляются словно извоздуха,изничего,ипостепенноувеличиваются в размерах, приближаясь к земле. И уже скоро прямо перед вашими глазами мягко касаютсяземлиподошвамиобувипарашютисты-спортсмены или приземляются на пятую точку тандем-парашютисты, совершающие прыжок с инструктором.Всеэтопроисходитпостоянно,взлеты самолетов (а на отправную точку 4000 метров парашютистов отвозят пассажирские самолеты Л-410) происходят каждые 15 минут. Моему мужу предстоит совершить тандемпрыжок, он пока не считает его таким уж серьезным и опасным и уговаривает меня: «Давай, прыгни тоже заодно». «Ну уж нет, тогда домой ты поедешь один, меня другая машина домой повезет», - отговариваюсь я и обещаю, что в моих силах только написать об этой поВпечатления Я наблюдаю приземление своего мужа, с удовольствием щелкая фотоаппаратом. Кажется, мы не виделись вечность. Денис помогает инструктору собрать парашют в охапку, машет мне рукой, мол, все нормально. Первое впечатление, которым он делится, когда выходит с поля – о нераскрывшемся парашюте. Говорит, что с ужасом наблюдал, как мимо вниз пролетел превратившийся в тряпку чей-то парашют – в момент раскрытия стропы порвались, парашют пришлось сбросить, и тандем-парашютисты начали стремительно падать вниз, пока не раскрылся запасной парашют. Здесь все решали секунды, а в воздухе секунды безжалостны – эта пара потому и приземлиласьоднойизпервой,хорошоеще, что посадка была мягкой. Сам Денис сначала не находит слов, но скоро признается, что вываливаться в пустоту на высоте 4 километров было откровенно страшно. И это говорит человек, который в детстве прыгал в снег с трехэтажного дома, а, работая в «Электросвязи», облазил все кольчугинские крыши. «О чем ты думал?» - выспрашиваю я. А он отвечает, что ни одной мысли в голове не было. Как будто растворился в этом небе, в этом свободном падении, пока раскрывшийся парашют не дернул тело вверх. Инструктор Андрей действовал профессионально, устроил «перворазнику» всю программу: и несколько секунд невесомости, и крутеж на стропах – так что было непонятно, где вообще земля. Посадка тоже прошла идеально. И завершилась крепким мужским рукопожатьем в благодарность одному - за профессионализм, другому – за преодоление страха и выдержанный экзамен. А я была готова сказать и тому, и другому словами Высоцкого «Спасибо, что живой». Е. ФРОЛОВА, фото автора Продолжайте движение! После такого события банальная поездка на машине, по земле, в сторону дома показалась Денису еще утомительней, чем утром. То и дело мне приходилось одергивать его попытки превысить скорость, чтобы «подпитаться адреналинчиком». Мне помогал планшет, который таки дождался своего часа и пищал при каждом превышении скорости. Видимо, от перенапряжения зарядка его скоро стала садиться и к его большому удивлению я достала запасной аккумулятор для телефона и включила навигатор на нем. Мужской голос из подыхающего планшета сообщал одно расстояние до поворота, а бодрый женский голос из телефона – другое. Если бы могли, они бы переругались. Правда, при этом оба повели нас другой дорогой, и мы проехали лишних километров двадцать. Но это уже было неважно. Главное – мы по телефону отчитались за прыжок перед зятем и, довольные, переступили порог родного дома. …Íàøà младшая дочь Полинка встретила папу радостными расспросами: «Ты прыгнул? А на тарзанке бы прыгнул?» «Конечно бы прыгнул!» - ответил папа. Думаю, что выбирая следующий подарок для тестя, зять не будет ломать ãîëîâó…
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4