Кольчугинские ести в НЕДЕЛЯ РУССКОГО ЯЗЫКА № 4 (658) 1 февраля 2012 г. 6 Материал подготовил по разным источникам В. ДВОРНИКОВ В прошлом году исполнилось 25 лет со страшной Чернобыльской катастрофы. Тысячи людей погибли, десятки тысяч были облучены. Спасти жизни очень многим больным помог препарат «Умный йод». На днях, зайдя в аптеку, я увидел на полке это лекарство...И захотелось рассказать читателям о великом Человеке, создавшем данный препарат. Какое, спрашивается, отношение он имеет к неделе русского языка? Немного терпения. Об этом и будет данное повествование. Тем более, что 22 января 2012 года исполнилось 130 лет со дня его рождения... Священник и учёный Отец Павел Флоренский родился по новому стилю 22 января 1882г. Окончил блестяще математический факультет Московского университета. Затем Духовную академию. Он принял священнический сан в 1911 г. Он был ученым, профессором Академии. До самой революции он служил в Сергиевом Посаде. Во время Первой мировой войны, в 1915 г., его нанекотороевремяотправилинафронт полковым священником, и он очень ярко описывает свои переживания. Флоренского не зря называли «Русским Леонардо» - трудно перечислить все сферы науки, где проявил себя его талант, его истинный гений. В 1920-е гг. Флоренский создал в Государственном экспериментальном электротехническом институте первую в СССР лабораторию по испытанию материалов, ставшую впоследствии отделом материаловедения по изучению диэлектриков. Он имел 30 патентов на изобретения в советское время. Одним из первых в стране начал пропаганду синтетических пластмасс. Имя учёного звучало в разных областях знаний. Физики часто называли карболит - тяжёлую пластмассу, из которой делали одно время телефонные трубки и настольные лампы – «пластмассой Флоренского». Между прочим, у нас в редакции газеты «Голос кольчугинца» ещё лет десять тому назад были и служили те самые знаменитые коричневые пластмассовые настольные лампы из карболита. Думаю, все помнят тяжёлые телефонные трубки телефонов-автоматов советского времени, а по военным фильмам знают полевые телефоны, которые были на вооружении связистов, и эти телефоны помогали нам победить в Великую Отечественную. По методу Флоренского в условиях вечной мерзлоты строили Норильск, Сургут, Салехард, Байкало-Амурскую магистраль. Глядя в аптеке на современные упаковки, где расфасован «умный йод», изобретённый учёным во время заключения в Соловецком лагере, мы вновь вспоминаем имя Флоренского и убеждаемся, что он был поистине гениальным и универсальным учёным. Павел Александрович оставил о себе память в мировой науке и культуре как богослов, философ, физик, химик, математик, инженер, искусствовед, лингвист, поэт и писатель. Он был учёным, он был священником. Поразительно, но ещё в 1919 году он описывает свой «новый математический прибор», явившийся прототипом современного компьютера. В статье 1925 года «Запасы мировой энергии» он не только описывает внутреннюю энергию атомов, но и ставит вопросы о новых источниках энергии, в том числе использовании энергии движения Земли и Луны, энергии внутренней тепСовременники и потомки называли его “ðóññêèì Леонардо да Âèí÷è”. Широта применения его незаурядного интеллекта и различных талантов поражала всех: философия, богословие, математика, инженерия, филология, история, ïîýçèÿ…... Имя этого Человека - отец Павел ФЛОРЕНСКИЙ – величайший сын земли русской. К сожалению, не все еще опубликовано из произведений Флоренского. Как пишет священник Александр Мень: «Сегодня можно сказать, что это фигура, безусловно, огромного масштаба, хотя и вызывавшая и до сих пор вызывающая споры. А споры вызывали все — и Пушкин, и Леонардо да Винчи. Тот, о ком не спорят, никому не интересен.» Флоренский был связан с Московским университетом, с планами и институтами по электрификации страны; Флоренский — преподаватель Московской духовной академии, профессор истории философии; одновременно он редактор журнала «Богословский вестник». Многосторонность его интересов возникла еще в детстве. И его называли русским Леонардо да Винчи. Но когда мы говорим «Леонардо да Винчи», нам представляется величественный старец, как бы взирающий с высоты своих лет на человечество. Флоренский умер молодым. Он исчез. Арестованный в 1933 г., он исчез, и родные (жена и пятеро детей) не знали, где он и что с ним, очень долго не знали, поскольку в 1937 г. его лишили права переписки. На самом деле Флоренского в это время уже не было в живых. Вот свидетельство о смерти, полученное родными: «Свидетельство о смерти. Гражданин Флоренский Павел Александрович умер 8 декабря 1937 г. Возраст — 55 лет (неверно — 56). Причина смерти — расстрел. Место смерти — Ленинградская область». Он стоит на одном уровне со многими учеными, мыслителями всех времен и народов. И он был застрелен как последний преступник — он, абсолютно невиновный человек! лоты Земли, энергии пространства, что опережает осмысление современной наукой. В те годы он просчитывал технические, нравственные последствия «взрыва материи», атомной реакции. Он знал, как можно провести такую реакцию уже тогда: «Я бы мог изобрести оружие, которое завоевало бы весь мир, - (онсжал кулаки, желваки заходили так, когда скрипят зубами) - но я не буду этого делать, нет, не буду», - это свидетельство дочери Флоренского О. П. Трубачёвой хранится в московском музее Павла Флоренского. Теперь стало много известно о деяниях отца Павла на Соловках. В домах соловецких жителей часто можно встретить фотографии Павла Флоренского – так хранят память о близком, о спасителе, о âðà÷å...… По одной из легенд, в день смерти Павла Александровичазаключенныевсталина колени. Они отдавали дань уважения ученому и настоящему человеку. В своей стране он и чувствовал себя, как врач, дважды отказавшись от предложения чешского правительства о выезде из СССР: он выбирал жизнь среди своего народа, как врач на работе не мыслит покинуть территорию катастрофы или очаг ýïèäåìèè...… Юрий Карякин в одной статье об отце Павле пишет: «Можно сказать, что жизнь ему как бы предлагала выбор между Соловками и Парижем, но он избрал... Родину, он восхотел до конца разделить судьбу со своим народом. И сам он, и судьба его есть слава и величие России, хотя вместе с тем и величайшее ее преступление». П. А. Флоренский — учёный по своей значимости не меньший для России, чем великий Ломоносов. Но знают о нём гораздо меньше, потому что большевистская власть старалась сделать всё, чтобы вычеркнуть его из памяти советских людей. Ученому в рясе не оказалось места в стране Советов. Труды Флоренского как «врага народа», оказались под запретом, его не разрешалось цитировать, на него нельзя было ссылаться. По словам Юрия Сергеевича Осипова, Президента Российской Академии наук, пример Флоренского свидетельствует о нравственной и духовной победе мысли. Философ и филолог «Философия каждого народа, - утверждал он, - до глубочайшей своей сущности есть раскрытие веры народа, из этой веры исходит и к этой вере устремляется. Если возможна русская философия, то только как философия веры православной» . А другой русский философ отец Сергий Булгаков считал, что «в о. Павле объединились церковность и культурность, что было вызовом для господствовавшей в начале века атеистической «интеллигентщины» . Павел Флоренский был, пожалуй, первым, кто всей судьбой явственно показал, что нет «разрыва» между религией и наукой, - есть взаимосвязанные грани единой величественной Æèçíè…... Можно многое сказать, думая об истоках этой поразительной духовной силы вроде бы обычного, такого же, как мы, человека. Флоренский оставил нам несколько намёток к разгадке. Во-первых, это вера. Во-вторых, это внимание к сущности языка и слова, умение «работать» с энергийной сущностью слова. Сам Флоренский в своих трудах учил вдумываться в бытиё языка, в существование каждого слова, в образ слова – ведь в слове заключена Божественная мысль, энергия. «Детки мои милые, не дозволяйте себе мыслить небрежно. Мысль – Божий дар и требует ухода за собою», - писал мыслитель в завещании своим детям. Любое слово, по мнению философа, не остаётся без ответа: оно óñëûøàíî...… Наше слово – не «логос» («логос» по-гречески значит «слово» - прим. составителя), а «диа-логос», диалог с Творцом. Как не подумать здесь о том, какую ответственность мы несём за слова, даже не сказанные, а проговоренные лишь в мыслях: они, лишь появившись в поле человеческого сознания, творят реальность, определяют наши ñóäüáû...… Флоренский знал, что сказанное, произнесённое слово магично: оно, как уже не зависящая от человека, требовательная «энергийная» сила, само творит мир. Павел Флоренский считал, что с помощью слов и имён вводится художественная энергия в мир. Следуя за мыслью учёного, мы можем сделать вывод, что слова и имена – проводники творческой энергии в нашем мироздании. Сейчас мы можем открыть книгу Флоренского «Имена» и прочесть подробнее о тайных энергиях имён и слов. В-третьих, это пристальное внимание человека к своему роду: познание философии, энергии, задачи рода. ( Наши предки знали, например, что род – это ряд семи поколений, объединённых философией и энергией родоначальника, что задача рода передаётся по отцовской линии, - крайней левой линии генеалогического древа - так наследуется расположенность к профессии, направленность личности). Флоренский считал - знание задачи рода и следование этой задаче принципиальным делом для человека. На Соловках в 1935 году Павел Флоренский пишет статью «О поэзии», в которой говорит о пяти ступенях поэтичности. Далее приводится фрагмент данного труда: «Сегодня ночью я размышлял о природе поэтической речи, а именно, почему одно и то же высказывание, почти в одних и тех же словах может быть более или менее поэтичным, в зависимости от очень незначительного фразеологического изменения. Поэзия есть мышление конкретными образами, которые, однако, подлежат не логическому закону обратной пропорциональности объёма и содержания, а диалектическому закону прямой пропорциональности объёма и содержания, то есть суть идеи». Поэт и писатель В Московской духовной академии, которая находилась в Сергиевом Посаде, у П. Флоренского возник замысел будущей книги «Столп и утверждение Истины». Данный труд интересен не только как оригинальное русское религиозно-философское сочинение, «Ñòîëï...…» - своеобразная энциклопедия человеческого знания в самых разных областях. Вот почему он стал явлением в русской культуре. И по тематике, и по форме изложения, и по внешнему оформлению книга неповторима. Автор демонстрирует в ней почти «сверхчеловеческую эрудицию», блестящие знания в области философии, теологии и математики, философские выводы подкрепляет фактами из области медицины, психопатологии, фольклора и лингвистики, обращается к математической логике, а порой цитирует поэтические произведения. Страницы книги написаны рукой талантливого писателя, ярко, образно, лирично. «Ñòîëï...…» перерабатывался автором 4 раза, вышел в свет в начале 1914 года в московском издательстве «Путь». П. Флоренский тщательно продумал оформление своего труда, в результате читатели получили издание, которому было суждено стать замечательным памятником книжной культуры. Краски, которыми напечатана обложка, были подобраны по рецептам древних софийских икон новгородской школы, каждой главе предшествует аллегорическая виньетка. Помимо этого книга изобилует схемами, рисунками и репродукциями. «Столп...» принес автору заслуженную славу и вызвал много откликов. Книгу называли «единственной в мире», которая «пройдет веков волнующую П.Флоренский, «Умный йод» даль», «выдающимся явлением в современной русской религиознофилософской культуре», произведением «недюжинного таланта». А вот как отзываются о другом его произведении: «О мученичестве Флоренского сказано так много, что это заслонило самое главное открытие его жизни - книгу «Мнимости в геометрии». За нее и арестовали отца Павла, за нее и убили... Страницы книги написаны рукой талантливогописателя, ярко, образно, лирично. С появлением книги Флоренского «Мнимости в геометрии» метафора бессмертия превратилась в убедительную научную гипотезу». В 1899 г. юный Павел поступил на физико-математический факультет Московского университета. В университете знакомится с Андреем Белым, а через него с В. Брюсовым, К. Бальмонтом, Дм. Мережковским, Зинаидой Гиппиус, А. Блоком. Печатается в журналах «Новый Путь» и «Весы». Священник Александр Мень называет Флоренского поэтом, да, может быть, не крупным, но все-таки создававшим стихотворения и выпустившим книгу стихов, другом Андрея Белого, росшего в атмосфере символистов. Позднее, на допросе в ОГПУ в 1933 году он скажет: «Я, Павел Александрович Флоренский, профессор...по складу своих политических воззрений романтик Средневековья примерно XIV века...» Вот два стихотворения, принадлежащие перу отца Павла, второе написано незадолго до его кончины. Андрею Белому Ты священным огнём меня разом увлёк! – песнопения волны носились... Хризолитовых струй всюду виделся ток, золотистые змейки искрились. Жидким золотом вдруг засверкал океан – огневеющим кружевом линий. Потянулся столбом голубой фимиам и в эфир отвердел тёмно-синий. AMOR FATI (Вера в судьбу) День и ночь проходят ровной Чередой, а ты не видишь, Как безмолвно я страдаю И не жалуюсь ничуть. Было время: я подняться Думал вверх струёй фонтанной. Но, поднявшись до вершины, Низвергался с высоты. Я сказать тебе не смею (да и чем ты мне поможешь?) И, томяся неисцельно, Я стараюсь хоть заснуть. И душа полна тоскою (не понять тебе усопших!), Смерть повила взор печальный – Чёрным крепом мнe глаза. Близка гибель, – Бог далече, И Ему душой молиться Я не смею, я не в силах, И молчу, потупя взор. Ты же, кроткий, агнец Божий, Помолись хоть ты, коль можешь, Помолись в смиреньи чистом За томящихся душой. *** У отца Павла много ценных глубоких философских мыслей. Одна из них как будто бы сказана им о самом себе: «Свет устроен так, что давать миру можно не иначе, как расплачиваясь за это страданиями и гонением. Чем бескорыстнее дар, тем жестче гонения и тем суровее страдания».
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4