МЫ И ИСТОРИЯ Кольчугинские ести в № 39 (386) 4 октября 2006 г. Виктор ГЛАЗУНОВ, горняк с 30-летним стажем Замечательный человек живет в нашем городе Владимир Иванович Черныш, донской казак, ветеран труда, который никогда не кичится своими заслугами. Закончив Новочеркасский Политехнический институт, Владимир Иванович не побрезговал простым шахтерским трудом работал и лесогоном, и навалоотбойщиком, и чернорабочим лесодоставки, и машинистом врубовой машины. Все эти азы подземного горнорабочего Владимир Иванович Черныш осваивал в своей родной ростовской области на шахте №35 «Южная». Смекалистого и не по годам рассудительного паренька сразу заметили руководители комбината «Ростов-уголь» и назначили горным мастером, а затем и начальником добычного участка Северогундоровского шахтоуправления треста «Донецкуголь». Но Владимир Иванович не только талантливый практик. Он отлично знает тяжелую горняцкую теорию: несколько лет преподавал в третьем техническом училище Донецкого горнопромышленного комплекса спецдисциплины по специальностям горная электротехника, подъемные машины. Помните, какой раньше высокий энтузиазм и патриотизм царили в молодых комсомольских сердцах: призвала Родина строить Днепрогэс - рванула молодежь на Украину, позвала Родина осваивать Целину полстраны оказалось в казахстанских степях. А вот когда комсомол дал клич: «Освоим Крайний Север!» поехали туда и стар, и мал добывать уголь, строить новые шахты. Прибыл в ледяную заполярную Воркуту и наш герой со своей женой Валентиной Дмитриевной, медиком-наркологом. Кстати, они заслуженные в Воркуте люди, вырастили двух дочек, а сейчас воспитывают внука и двух внучек, которые живут в СанктПетербурге и Воркуте. В Заполярье Владимир Иванович Черныш работал горным мастером добычных и проходческих участков, ГРОЗОМ, начальником участка, ведущим инженером по горным работам. В январе 1998 года на его родной шахте «Центральная» случилась страшная трагедия (взорвался газ метан), унесшая жизни многих горняков. Семнадцать человек до сих пор лежат в шахте: их так и не сумели вынести горноспасатели, помешал вставший на пути сплошной стеной огонь. Шахту пришлось закрыть, а ведь она была одной из лучших шахт Воркуты. Кто знает, попал бы со своей семьей в Кольчугино знатный горняк, если бы не эта беда. Может, до сих пор добывал бы уголь, а так, по закрытию шахты и по переселению, он оказался в городе его мечты, потому что ему понравился город и находящиеся рядом живописные леса. И понравилась Владимиру-Ивановичу лечебная ключей-родников вода: когда к нему домой ни зайду - на полу стоят 5-6 бутылей даров природы земли кольчугинской. Недавно моему собрату-шахтеру исполнилось 70 лет, он бодр и жизнерадостен, при всех своих орденах и медалях за тяжелый горняцкий труд. Есть у Владимира Ивановича два желания, одно из них - создать общество ветеранов города Воркуты, кем он, кстати, и является. А второе сделать так, чтобы кольчугинцы по-настоящему полюбили свой город, по-человечески благоустроили его, не мусорили на улицах, поубавили балагурного сквернословия, не украшающего достоинства человека. Владимир Иванович с этими вопросами уже обращался к Виктору Алексеевичу Катышеву. Мне очень приятно, что мой земляк еще кроме всего прочего пишет стихи, посвященные и погибшим собратьям по шахте «Центральная», и женщинам-шахтеркам: раньше в шахтах наравне с мужчинами работали и женщины. Дорогой наш многоуважаемый Владимир Иванович! Мы, шахтеры Воркуты, поздравляем тебя со славным 70-летним юбилеем и желаем только одного чтобы у тебя вставало каждое утро над твоей головой солнце еще тридцать лет! При оформлении использован рисунок В. Богатеева ШАХТЕРКАМ ВОРКУТЫ Я наивным прослыть рискую, Но хочу откровенным быть: Повстречал я одну такую, Что вовек никогда не забыть. Шла она не в шелках, муарах, Не на тоненьких каблучках, А в брезентовых шароварах И в брезентовых сапогах. С этих пор, стоит в шахту спуститься, Вспоминаю я каждый раз Запыленные те ресницы, Тихий блеск бирюзовых глаз. К ГОДОВЩИНЕ ТРАГЕДИИ НАШАХТЕ «ЦЕНТРАЛЬНАЯ» Комбайн рубил пласт шнеком, И уголек ваш шел рекой. Вдруг! Взрыв!!! «И песня спета » Конец всей жизни молодой. Как много их, друзей хороших, Лежать осталось под землей. У всем знакомого поселка, На нашей шахте роковой. Мы не забудем вас, ребята, Как вместе с вами шли в забой С родного нашего поселка, К родимой нашей проходной. Мы не забудем, не забудем! Горячих будней наших смен В забоях лав, уклонов, штреков Своей родимой,своей «Центральной» роковой. Январь 1999 г. Продолжение. Начало в № 45, 47, 48, 49, 50 (2005 год), № 2-37 (2006 год) этих двух печальных случаях, но я не знаю большего. В связи с этими событиями вспоминается судьба девочки из параллельного класса школы, Лены Косаревой. Она жила на Лев ЮРКОВ Весной или ранней осенью, когда погода была хорошей, Семён Васильевич выводил класс на площадку перед школой. Он брал с собой историческую карту, расстилал её на земле, садился сам и рассаживал вокруг себя сначала девушек, а потом ребят, если оставались места. В то время девушки не носили брюк, и рассадить их на карте было непросто. Но учитель умудрялся это сделать, расстилая карту на каком-нибудь пригорке, поэтому девушки не испытывали неудобств. Педагог рассказывал нам какую-нибудь таинственную историю на тему очередного урока, например про княжну Тараканову или раскольников, предпочитающих сгореть заживо на пожаре, но не подчиниться официальной церкви. Уроки проходили интересно, но как-то подозрительно быстро. Мы ждали уроков истории, как захватывающий спектакль, и наш режиссёр, и одновременно актёр, всегда оправдывал наши ожидания. Он никогда не обсуждал текущие события, не давал политических оценок никому и ничему, предметом дискуссий были только исторические факты, только обсуждения о роли России в историческом процессе, её вождей, их сподвижников, их побед и поражений. Уже в конце 9 класса к нам на урок вместо Семёна Васильевича вошёл другой человек. Он представился: Иван Александрович Шиманаев и сказал, что теперь он будет у нас вести уроки истории. Мы, конечно, удивились, но не стали задавать никаких вопросов. Все мы были пугаными людьми и родственники почти всех попадали под каток КГБ, поэтому никто ни о чём не спрашивал. Потом мы узнали, что Шиманаев был секретарём райкома партии, и его бросили в нашу школу для срочного исправления нестандартной ситуации. Дело в том, что нашего Семёна Васильевича арестовали. Я не могу сказать точно за что, так как никаких официальных разъяснений мы не получали. Но слухи - вещь неистребимая. Из них мы узнали, что Данилов что-то неосторожное сказал в учительской, анекдот или неудачную шутку, и нашёлся человек, сообщивший об этом в карательные органы. Не знаю, долго ли присматривались к методам работы Семёна Васильевича, но в конце концов его арестовали. Больше мы никогда его не видели и не слышали, что с ним стало. Новый учитель истории был, видимо, образованным человеком и шёл с нами по программе без отклонений и самодеятельности, но уроки наши стали тусклыми и неинтересными. Шарм от исторической науки пропал, мы по инерции учили мельчайшие детали материала, изложенного в учебнике, но больше никогда не ждали с нетерпением уроков истории. В 1947 году перед самым арестом Семёна Васильевича по Кольчугину прошёл слух об аресте Бориса Корнилова. Видимо, он учился в техникуме, так как ни я, ни мои знакомые его не знали. Слухи часто заменяют официальную пропаганду, если во главе её стоит не очень умный человек, который не умеет описать событие, как требуется власти. В этом случае слух празднует победу, так как народ всё равно узнаёт о деталях события, но интонация слуха всегда направлена против представителей власти. По слухам Корнилов, очень умный человек, прочитал большинство произведений Ленина, хорошо их знал и сравнил нашу жизнь в пятидесятые годы с тем, о чём писал Ленин. Он изучил и труды Сталина и пришёл к выводу, что вся политика в нашей стране совсем не по Ленину. О своих выводах он не стал молчать, и все его знакомые знали, что Борис Корнилов осуждает действия Сталина, что Советский Союз совсем не страна счастливого народа, а государство угнетения этого народа. Спецорганы не заставили себя ждать: Корнилов пропал так же бесследно, как пропал наш Данилов. Никаких официальных сведений никто не получил. Наверное, некоторые кольчугинцы знали больше, чем я здесь излагаю об соседней от нас улице Пушкинской. Дом у них тихий, скромный, стоял он на отшибе, и Лена вела такую же негромкую, незаметную жизнь, поэтому мало кто из соседей знал её историю. В школе её фамилия привлекала внимание, но все наши учащиеся не показывали этого. Дело в том, что до войны Александр Косарев был очень известен и даже знаменит. Он продолжительное время занимал пост первого секретаря ЦК комсомола, был хорошим оратором и часто выступал перед молодёжью. Его речи публиковали центральные газеты, транслировало радио, он сидел в президиумах вместе со всеми вождями, словом, это была знаменитая личность, которую любили комсомольцы и молодёжь. Наша Лена была его родной дочерью. Появилась она в Кольчугине совершенно необычно, тихо и скромно. В 1938 году Косарев был арестован как враг народа и довольно быстро расстрелян. Одновременно с ним арестовали и его жену, мать Лены, которой в это время было всего 8 лет. Сейчас на знаменитом доме на Берсеневской набережной в трехстах метрах от Кремля установлена мемориальная доска, гласящая, что в этом доме жил Александр Косарев. В этот дом поселяли только знаменитых людей, поэтому на доме висят штук 50 мраморных досок, где последним годом жизни знатных квартирантов указаны 1937 или 1938 годы, когда они были репрессированы. Когда в одну ночь арестовали отца и мать Лены, она ещё не совсем понимала всю глубину трагедии её семьи. Но это хорошо понимала тётя Дуня, работавшая в семье Косаревых домработницей. Недолго думая, она одела Лену, собрала её нехитрые вещички и поехала с ней в Кольчугино, откуда она была родом и где жила её сестра. Так в этом тихом доме появилась Лена Косырева. Тётя Дуня определила её в школу, по-видимому, дала совет не высовываться и вести себя скромнее скромного, так Лена и делала. Когда она появилась среди учеников 8-го «Б», она 4 Руководителю организации, индивидуальному предпринимателю! БОЛЕЕ 300 ИЗМЕНЕНИЙ, ДОПОЛНЕНИЕ В ТРУДОВОЙ КОДЕКС РФ Приглашаем на обязательную учебу 1. «НОВОЕ В ТРУДОВОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ» - руководителей, бухгалтеров, юристов, кадровых работников, индивидуальных предпринимателей с выдачей СВИДЕТЕЛЬСТВ. В свете закона РФ № 90-Ф3 от 30.06.2006 г. Трудовой договор: новое содержание, сроки, порядок заключения, переводы и перемещения, совместительство и совмещение, новое при увольнении по всем основаниям ТК РФ. Кадровое делопроизводство, трудовые книжки. Трудовая дисциплина. Положение о порядке и условиях присвоения звания «Ветеран труда». Положение об оплате труда, заработная плата, новое в расчете отпусков (основных и дополнительных), больничных листов, рабочее время, время отдыха. Положение о защите персональных данных работников. Закон РФ № 152-Ф3 от 27.07.2006 г. «О персональных данных». 2. ПО ОХРАНЕ ТРУДА руководителей, заместителей, руководителей структурных подразделений, специалистов по охране труда, индивидуальных предпринимателей с выдачей УДОСТОВЕРЕНИЙ государственного образца на 3(три) года. Постановление МинТруда России Минобразования России № 1/29 от 13.01.2003 г. «1.5. обучение по охране труда и проверка знаний требований охраны труда в соответствии с Порядком подлежат все работники организации, в том числе ее руководитель». Занятия по трудовому законодательству проводит юрист Елена Александровна СМЕТАННИКОВА. Стоимость обучения одного слушателя 700 рублей (НДС не облагается). Для бюджетной сферы 600 рублей (НДС не облагается). Формы оплаты: - наличный расчет в день семинара; - безналичный расчет (счет на оплату можно получить в день проведения учебы); - с рассрочкой по гарантийным письмам, представленным в дни проведения семинара. Продажа «Трудового кодекса РФ» с изменениями 60 рублей (НДС не облагается). Оба семинара состоятся в разных аудиториях: 12-13 октября 2006 г. в 9.00 - регистрация, в 10.00 - начало. Адрес проведения семинара: г. Кольчугино, администрация района. Контактные телефоны: 2-27-64 и 8-915-77-677-27. была уже совсем взрослой девушкой 15 лет, но по-прежнему она вела себя тихо и скромно. Среди учеников школы ходили слухи о том, кто она и чья она дочь, но мы были воспитаны на арестах родственников и знакомых и поэтому относились к людям, попавшим под жернова КГБ с пониманием, не травили их, в том числе и расспросами, и старались помогать вести незаметный образ жизни, понимая, что любая активность для этого человека может окончиться бедой. Так, тише воды, ниже травы Лена и окончила среднюю школу №6 города Кольчугино. Когда арестовали Семёна Васильевича, в школе распространился слух, что он с глубоким пониманием относился к Лене и её проблемам, давал ей советы бывалого и знающего человека. Одним из его советов был: после окончания 10 класса нужно затаиться ещё больше, чем раньше, поэтому в институт ей надо поступать в каком-нибудь некрупном городе, во всяком случае, не в Москве и не в Ленинграде. В процессе учёбы Лена должна общаться с другими студентами, вот тут надо быть вдвойне осторожной. Провинциальные студенты более просты и покладисты, и ей будет проще затеряться в их коллективе. Лена не послушалась Данилова и поехала в Москву. Она легко поступила в институт и даже получила общежитие. По слухам, она неосторожно хранила под подушкой фотографию отца и, конечно, нашлась подруга по комнате общежития, которая сказала кому надо, что Лена не разоружилась и относится к отцу не как к врагу народа, а как к хорошему человеку. Лену арестовали и сослали на Север в лагерь, где она пробыла 7 лет до реабилитации и освобождения. Освободили из ссылки и её мать, которая пробыла на Севере долгих 18 лет. И вот они встретились - мать и дочь, получили квартиру в Москве, обе больные, усталые, замученные невзгодами жизни в лагерях и ссылках, но не сломленные. Обида на несправедливое государство у них была разной. Мать не могла слушать радио, читать газеты, её угнетало присутствие людей в квартире. Дочь была более жизнерадостной. Ей удалось выйти замуж и родить дочку. В шестидесятые годы правительство старалось заботиться о семьях невинно арестованных и трагически погибших людей. Одному из кораблей Тихоокеанского флота присвоили имя «Александр Косарев», и по приглашению командира корабля Лена ездила на торжественную церемонию поднятия флага. Всё прошло благополучно, и у Лены появилось моральное удовлетворение по поводу того, что её отец не забыт. Об этом же напоминает мемориальная доска на фронтоне дома на набережной. Продолжение следует
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4