общественноO политическая газета УЗДАЛЬСКАЯ 6 № 47 (12416) среда, 21 июня 2023 г. НАШЕ НАСЛЕДИЕ ИНТЕЛЛИГЕНТ Похоже, в нынешней пресловутой погоне за Западом, в желании непременно иметь все, что есть у них, мы весьма отдалились от того, что принято называть непреходящими ценностями, истоками, корнями, от понятий еще искони составлявших сущность России, ее духовное богатство. Такие вот мысли приходили на ум, когда за старинным столом в доме на улице Варганова беседовал я с Ольгой Владимировной Снегиревой о ее отце - Владимире Михайловиче Снегиреве. А предшествовал разговору с Ольгой Владимировной случай: проходя по кремлю, заметил, что через кровлю обновленного сарая-гаража (в настоящее время дом) проходит ствол мощного вяза. Оказалось, вяз был посажен В.М. Снегиревым в 1945 году в честь Победы, и что дочь и внучка Владимира Михайловича ни под каким видом не согласились расстаться с этой памятью о близком человеке. Войдя в дом Снегиревых (а в нем еще жил отец Владимира Михайловича), я окунулся в обстановку далекого прошлого: кафельная печь, массивный старинный стол, оригинальные настенные светильники, большие фотопортреты начала века. Ольга Владимировна принесла кипу фотоальбомов и мы начали разговор. Родился Владимир Михайлович в 1888 году в семье протоиерея Рождественского собора. Окончил Владимирскую семинарию, как лучший ученик был направлен в Киевскую духовную академию, где и защитил диссертацию по филологии. Занимался изучением древних языков, знал латинский, греческий. Затем продолжил образование в Петербургском университете. Знания его были многосторонними. Вернувшись в Суздаль, Снегирев начал преподавать физику в мужской гимназии, а потом и в преобразованной из нее средней школе. Благородной учительской деятельности Владимир Михайлович отдал лучшие десятилетия своей жизни. Его кабинет был образцовым — на выставке учебных пособий, сделанных руками учеников, он был признан лучшим. В.М. Снегирев непременно участвовал в ремонте школы, если случались какие-то неполадки, шел исправлять даже ночью. Владимир Михайлович был не просто учителем-предметником, но и педагогом, умевшим оказать влияние на формирование мировоззрения учеников. Не случайно в домашнем архиве Снегиревых много фотографий его бывших воспитанников с такими надписями: «На память лучшему учителю и наставнику В.М. от бывшего ученика Н. Гаврилова 18/ VIII З7г.». Педагогическая деятельность В.М.Снегирева была отмечена в свое время высшей наградой государства - Орденом Ленина. Владимир Михайлович знал и любил кузнечное дело, в его доме стоял токарный станок. Вещи, изготовленные собственными руками Снегирева, составили настоящую коллекцию. А вот другая, менее известная страничка из биографии школьного учителя. Оказывается, на протяжении нескольких десятков лет В.М.Снегирев официально занимался метеоисследованиями. О них он регулярно сообщал данные для дальнейшего использования во Владимир. Часть необходимых для этих наблюдений приборов и приспособлений располагалась у дома, в саду. Другие же результаты приходилось получать на специальном полигоне, который находился у Знаменского кладбища. Зимой туда Владимир Михайлович добирался на лыжах и его частой спутницей была жена, Мария Ксенофонтовна. Кстати, женился Владимир Михайлович уже в зрелом возрасте, и ребенок в семье был один - Ольга Владимировна. В далекие довоенные годы у учителей было принято ходить друг к другу семьями. Часто собирались у Снегиревых. Приходили не только коллеги по работе, но и люди другого круга. Так, дружил В.М.Снегирев с Алексеем Дмитриевичем Варгановым и часто вызывался провести экскурсию по Суздалю. Снегирев был в составе горожан, которые в 60-е годы удачно восстановили работу часов-курантов. Когда возникла потребность разобраться в музейной библиотеке, систематизировать книги, Снегирев был одним из тех, кто занимался этим делом. Во время Великой Отечественной войны на дрова были сведены почти все деревья Знаменского кладбища - инициатором восстановления утраченных зеленых насаждений стал Владимир Михайлович. Начал он это делать на свои деньги и только на последнем этапе к ним присоединилась группа горожан. Был в жизни Суздаля момент, когда в нашем городе планировалось построить филиал одного владимирского завода. Первым начал бить тревогу и написал письмо об этом в Москву В.М. Снегирев. Владимир Михайлович много занимался, особенно уйдя на пенсию, историческими изысканиями, связанными с Суздалем. Собирал старинные фотографии, документы, дал немало ценных консультаций во время восстановительно-реставрационных работ в кремле. Отдал музею много уникальных экспонатов. Среди них - мебель, посуда, альбомы с документами и фотографиями... Примечательнейший экспонат в этой череде - доставшаяся ему от отца рукописная книга ключаря Рождественского собора Анании Федорова «Историческое сказание о богоспасаемом граде Суждале». Сейчас этот уникальный список хранится в отделе рукописей музейной библиотеки Владимира. Было у этого замечательного человека немало задумок, проектов, как сделать родной Суздаль еще колоритнее, привлекательнее, благолепнее. Он был убежден в необходимости прочистить русло Каменки. Сейчас понятно, что еще многие поколения суздальцев об этом будут только мечтать. И в то же время некоторые предсказания Снегирева сбылись. Так, он ратовал за то, чтобы по городу ездили тройки. И сегодня, хотя и редко, можно увидеть на улицах Суздаля конные экипажи. Сидели мы с Ольгой Владимировной, листали альбомы, смотрели фотографии, разговаривали об ее отце и подошли к последним годам его жизни. Владимир Михайлович провел их один в родительском доме. Мария Ксенофонтовна умерла раньше. Ольга Владимировна, кандидат геолого-минералогических наук, могла лишь изредка бывать в родном гнезде. Родственники брали на зиму Владимира Михайловича к себе в Москву, в благоустроенную квартиру. Но когда приходила весна, он выглядывал в окна и говорил: «Все! Надо собираться, ехать домой, в Суздаль». ...Владимира Михайловича похоронили в 1977 году в той части Знаменского кладбища, что ближе к Суздалю. Город стал его жизнью и жизнь свою он оставил в городе. Он был интеллигентом самой высокой пробы — из тех, кто без остатка отдают себя людям. Владимир СУХОВ, член Союза журналистов России, заслуженный работник культуры Российской Федерации, член президиума Суздальского районного отделения ВООПИиК. Фото из архива. счастье в это время в Москве оказалась Елизавета Дмитриевна. Она забрала внука и увезла его во Владимир, а потом в Суздаль. Так его и растили дед и бабушка, которые, похоже, снова соединились на какой-то период жизни. Василий Иванович решил усыновить Бориса. Я читала несколько черновиков его заявления об этом. Просьба была удовлетворена, и с тех пор мой брат носит имя Бориса Васильевича Романовского. Борис прожил в Суздале несколько лет. Пошел в школу. Встретил там начало войны. По его рассказам, это было одним из самых ярких впечатлений детства – солнечный свет раннего утра пробивался сквозь занавеску, дед вошел в комнату и просто сказал: «Просыпайся. Началась война». Я долго в своем детстве не могла понять (потом объяснили), почему мой брат имеет фамилию моей мамы, а главное и ее отчество? После серьезной болезни в 1942 г. (остеомиелит), когда Борю едва успели спасти – довезти до Владимира, где его успешно прооперировал доктор Н.А. Орлов, его отправили в Москву к тете Ане. Вслед за ним уехала и бабушка Елизавета Дмитриевна. Таким образом, Василий Иванович снова, и уже до конца своей жизни, остался один. Он умер в суздальской больнице в январе 1945 г. от перитонита, спровоцированного грыжей. Моя мать к тому времени уже отсидела свой срок (5 лет, как член семьи изменника Родины), но поскольку шла война, из лагеря никого не отпускали, а оставляли работать в качестве вольнонаемных. Получив телеграмму о смерти отца, она просила отпустить ее на похороны. Не отпустили. В мае 1945 г. она освободилась окончательно и приехала в Москву, устроилась работать заведующей создаваемого в Звенигороде музея и забрала 12-летнего сына. В тот период она посетила и могилу отца в Суздале. В Звенигороде мама встретила своего однокашника по университету археолога В.Г. Карцова, моего отца. Мой брат Борис Романовский окончил МГУ и стал известным учёным-химиком. Вот, пожалуй, почти всё, что я знаю о своем деде, Василии Ивановиче Романовском, который оставил, как основатель Суздальского музея, заметный след в истории древнего Суздаля и который представляется мне таким близким и родным во всем. Жаль, что жизнь нас не свела... Могилу деда на суздальском кладбище мы нашли благодаря Юрию Васильевичу Белову и воспоминаниям моей мамы, и посетили уже в середине 80-х годов ХХ в. С тех пор я несколько раз приезжала в Суздаль, присутствовала и на открытии нового памятника на могиле деда в 2015 г., установленного музеем. С.В. КАРЦОВА, г. Тверь, 2015 г. Фото предоставлены автором и ВСМЗ. О ТАКИХ ЛЮДЯХ НАДО ПОМНИТЬ ВСЕГДА В нынешний Год учителя и наставника исполнилось 135 лет со дня рождения старожила и патриота Суздаля, знатока суздальской истории, педагога Владимира Михайловича Снегирева (1788-1977). Хотим напомнить читателям интересный материал о нём В.А. Сухова, опубликованный в газете «Суздальская новь» около 30 лет назад. За прошедшее время родственниками Владимира Михайловича издана книга «Память прошлого. Очерки В.М. Снегирёва по истории Суздаля» (2009 г.), ставшая настоящей энциклопедией о суздальской жизни конца XIX – начало ХХ вв. и уже библиографической редкостью. Есть надежда, что к 1000-летию летописной истории города Суздаля книга будет переиздана. В новом жилом микрорайоне Суздаля по инициативе Суздальского отделения ВООПИиК и музея появилась улица имени В.М. Снегирева, в библиотеке проводились краеведческие «четверги», где рассказывалось о наших замечательных земляках, в том числе и о Владимире Михайловиче. О таких людях надо помнить всегда и именно на их примере воспитывать у наших молодых сограждан чувство патриотизма. А.С. ЗАЙКОВА. (Интеллигент – это человек, обладающий специальными знаниями, образованием и, самое главное, обладающий развитым духовным и нравственным потенциалом, то есть культурой) МОЙ ДЕД, ВАСИЛИЙ ИВАНОВИЧ РОМАНОВСКИЙ Окончание. Начало на 1 стр. Соня окончила университет, стала историком-археологом, поступила научным сотрудником в исторический музей в Москве. В 1929 г. она вышла замуж за начинающего и подающего большие надежды физика – Аркадия Михайловича Рейзина. Это был очень самоуверенный, шумный, талантливый человек. Дома собиралась компания его друзей, спорили о политике, все его друзья были сторонниками Троцкого. В 1933 г. родился мой брат Боря. А год спустя (я узнала это из черновика заявления об усыновлении Бориса дедом), Рейзин бросил семью. Думаю, что это правда. От мамы же я слышала, что совместная жизнь не заладилась с самого начала, и они с мужем просто расстались. В начале 1937 г. Рейзина арестовали, обвинив в участии в троцкистской организации, а в сентябре того же 1937 г., пришли и за мамой. Борьке было 4 года. На В.М. Снегирев.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4