известного мне тогда ограниченного мирка, столь любезного моему сердцу в дни юности» [12]. Но самой замечательной частью детского мира Фёдора была река Клязьма, «привлекавшая к себе все наши помыслы и все наши желания» [15]. Река, то есть вода, и определила в будущем жизнь Фёдора Петровича. ГИМНАЗИЯ. УНИВЕРСИТЕТ К тому времени, когда Фёдору нужно было приступать к учёбе, то есть в 1890 г., его старшие братья были уже в значительной мере самостоятельными, кроме Николая, который ещё учился. Поэтому материальные трудности семьи уменьшились и Пётр Иванович смог отдать младшего сына учиться не в городское училище, а в мужскую классическую гимназию - Владимирскую, лучшую в Московском учебном округе. Осенью Фёдор уехал на поезде в губернский город Владимир, город, о котором А. П. Чехов иронично написал, что «скука там безысходная, историческая скука». Стоя у вагонного окна, и глядя на провожавших его родителей, у него, наверное, перехватывало дыханье, как у любого, кто первый раз покидал отчий дом. Авторами словесных портретов Фёдора Петровича в годы учёбы в гимназии и в университете стали два его друга-однокашника: Е. Е. Ранг (1883-1947) и С. Н. Абакумовский (1880 - ?) [16]. Ф. П. Саваренский - гимназист. 1893 г. Я объединил оба портрета и в итоге получился синтетический абрис, дающий в какой-то мере представление об образе и жизни Фёдора Петровича в эти годы. С Женей Рангом Фёдор сблизился в 6-м классе гимназии и даже жил в квартире его семьи в одной с ним комнате. А с Серёжей Абакумовским он с 4-го класса сидел на соседних партах, разделённых полуметровым проходом. С этого времени ребята и стали присматриваться друг к другу, общаться, у них появились общие интересы и дела помимо учёбы. Вот как он выглядел в их глазах: «Он уже больше походил на юношу, чем на мальчика - по росту и по своей складной фигуре и по тому, как он держался. Особой ребяческой нежности не проявлял и отличался сдержанностью <...>, его лицо сразу располагало к себе своим открытым выражением и приветливостью; серые глаза смотрели с живостью и умно. Черты лица были характерны». Свои умственные интересы вне учёбы гимназисты удовлетворяли совместным чтением и обсуждением прочитанного. Для этого группой учеников был организован небольшой кружок самообразования. Инициатором создания кружка был Миша Иорданский, перешедший из Сергиево-Посадской прогимназии. Кружком никто не руководил. Выбор книг был случайным. Книги брали из библиотеки или покупали вскладчину. Читали научно-популярные книги, книги по общественным наукам, книги русских классиков; из современных писателей им нравился А. П. Чехов; интересовались спорами между марксистами и народниками, не погружаясь глубоко в суть этих споров. Были в библиотеке книги по геологии и физической географии. Одна из них - «История одного ручья» выдающегося французского географа Э. Реклю (1830-1905), судьбоносно заинтересовала Фёдора. Вэтой небольшой научно-популярной книге на основе законов динамической геологии было описано обыденное явление - ручей. Прочитав книгу, Фёдор с друзьями во время каникул в Гороховце стал с увлечением устраивать прогулки по берегам рек и ручьёв, собирая коллекции окаменелостей в юрских отложениях, образцы минералов и горных пород, местной флоры. Учился Фёдор своеобразно. Он не занимался систематически ничем, кроме математики, которая давалась ему легко. Ум его был так устроен, что он, слушая учителя, схватывал и прочно запоминал самое существенное в объяснениях на уроке, и готовил задаваемое не дома, а придя в класс перед уроком или на перемене. Он никогда не отвечал уроки по учебнику. Поэтому ответы его нравились почти всем учителям; из класса в класс он переходил с наградами, которыми были обычно книги. Из любимых преподавателей, оказавших большое влияние на его умственное развитие, был
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4