МБУК Кольчугинского района «Межпоселенческая центральная библиотека» Великие бит вы В е л и к о й От ечест венной в судьбах з е м л я к о в Кольчугино,2020
Составитель: Барахова Е.Н., зав. сектором библиографии МБУК Кольчугинского района «Межпоселенческая центральная библиотека» Великие битвы Великой Отечественной в судьбах земляков: [краеведческий дайджест]/ Межпоселенческая центральная библиотека; сост.: Е. Н. Барахова. - Кольчугино, 2020. - 32 с.: ил. Данное издание содержит воспоминания жителей города Кольчугино и Кольчугинского района, участвовавших в самых известных битвах Великой Отечественной войны. Может быть использовано при изучении истории города. 1
Уважаемые кольчугинцы! 75 лет прошло с тех пор, как закончилась самая кровопролитная в истории человечества война. Великая Отечественная война с первого до последнего дня была проявлением героизма и трудом на пределе человеческих возможностей. Советский народ не склонил голову перед сильным и коварным противником, а, тесно сплотившись, стойко перенёс все суровые испытания военного времени. Великая Отечественная война вместила в себя множество событий, множество героических подвигов и примеров беззаветного труда советских людей. Каждый бой за какую-то безымянную высоту, за небольшую деревушку или огромный город были неимоверно важны для достижения общей победы. Но были в Великой Отечественной сражения, которые занимают особое место в истории, потому что определили не только ход войны, её итоги, но и судьбы всего человечества. В героическую летопись Великой Отечественной яркие страницы вписали и наши земляки. Тысячи кольчугинцев участвовали в боях с немецко-фашистскими захватчиками, шестеро из них стали Героями Советского Союза. Не остались кольчугинцы в стороне и от величайших битв Великой Отечественной: Курской, Сталинградской, Ленинградской, битвы под Москвой... Предлагаем вашему вниманию живые, не придуманные воспоминания наших героических земляков - свидетелей войны. 2
I. Битва за Москву (30 сентября 1941 г. - 7 января 1942 г.) Битва за Москву— первое решающее сражение Великой Отечественной войны. Москва, будучи столицей СССР, имела стратегическое значение — от результата битвы за Москву зависел исход войны. При защите столицы нашей Родины тысячи бойцов и командиров проявили невиданный героизм. Начав осенью 1941-го поход на Москву при подавляющем преимуществе в войсках и технике, немецкие полчища были разбиты и отброшены. Весь мир увидел, что Красная Армия не сломлена, она способна побеждать. Советские люди воспрянули духом. В осенние дни 1941 года, когда враг приближался к Москве, сотни кольчугинцев, не призванных в начале войны, ушли добровольцами на фронт. Осенью спешно формировались отряды для защиты Москвы, истребительные отряды для заброски в тыл врага. В это трудное время в Кольчугине началась подготовка молодёжи, в основном заводской, велась запись в отряды народного ополчения. В них записались около 850 человек, в т.ч. и девушки. Они изучали санитарное дело, связь и т.д. После окончания подготовки из числа девушек образовали 12 санитарных звеньев, которые сразу же пошли работать в госпитали, куда сотнями стали поступать раненые с фронтов Подмосковья. 48 лучших комсомольцев-ополченцев были направлены в истребительные батальоны, которые должны были действовать в тылу врага —подрывать мосты, минировать дороги, уничтожать колонны немецкой техники, рвавшиеся к Москве. В тыл был заброшен десант, в который входили и бывшие рабочие Кольчугинского завода: Руф Дёмин, Александр Буров, Василий Казаков, Борис Гаврилов, Владимир Бажин и др. з
Отряд Старчака 7 октября вражеское кольцо восточнее Вязьмы сомкнулось. В окружении оказались пять армий Западного и Резервного фронтов. Бронированная орда катилась по дорогам Подмосковья к городу Юхнов. Казалось, их ничто не остановит, но у Юхнова их остановили. Мало кто знал из жителей этого провинциального городка, что здесь располагалась спецшкола советских десантных разведчиков под руководством офицера Ивана Георгиевича Старчака, которая имела условное название «дача Старчака». А на самом деле это была школа парашютно-десантной службы, которая начала формироваться в начале августа 1941 года. «Первыми ещё в августе, - рассказывал начальник школы, - прибыли в Юхнов по путёвкам Центрального комитета комсомола парни из Кольчугино». Их было шестеро, а затем пришли и другие кольчугинцы: Владимир Бажин, Александр Буров, Пётр Дементьев, Иван Градусов, Константин Власов, Василий Казаков, Руф Дёмин и др. За короткое время по путёвкам ЦК ВЛКСМ было зачислено 430 человек. Вскоре начались учения, приближенные к боевой обстановке. Десантники должны были быть подрывниками, пулемётчиками, водителями танков и бронемашин. Учились яростно, напряжённо, словно предчувствуя приближение беды. И она пришла 4 октября 1941 года. Соседний аэродром был полностью эвакуирован - бомбардировщики один за другим улетали в сторону Москвы. Об этом Старчаку доложила посланная разведка. Старчак приказал командирам рот и взводов привести подразделения в боевую готовность, занять оборону по берегу Угры, заминировать мост через реку и подступы к оборонительным окопам и блиндажам десантников. Время шло. Начальник разведшколы решил здесь дать немцам бой, сколько бы их ни было. Старчак распорядился вывезти в Подольск парашюты, уничтожить следы пребывания десантников, раздобыть 4
пулемёты, запастись патронами и гранатами. Бойцы закрепились и ждали врага. Прошли сутки, и на рассвете по дороге от Юхнова к Угре показалась моторизированная колонна войск. Начался бой передового подразделения. Десятки немцев нашли смерть на мосту. Вражеская колонна, шедшая на восток, не только была остановлена, но и вынуждена была отступить. Первый бой был выигран, но радости от победы у Старчака не было. Он знал о малочисленности своего отряда, помощи пока не было, только из Подольска прислали танкетку, вооружённую пулемётом. Старчак решил отправить её на разведку в Юхнов. Старшим Старчак назначил кольчугинца Дёмина, взяли на танкетку и кольчугинца Бурова. На обратном пути разведчики попали в засаду, и танкетка была подбита артиллерийским снарядом. Водитель и пулемётчик были убиты. Кольчугинцам повезло - они благополучно вернулись в отряд. На следующий день в 14 часов гитлеровцы начали обстрел позиций отряда. С наступлением темноты бой прекратился. На следующий день сказалось превосходство немцев в численности, они взяли мост, и в атаку пошли танки. Буров замкнул электрическую цепь проводников, и вместе с настилом и танками взлетела в воздух ферма моста. Но две опоры остались невредимыми. Подошёл к концу третий день обороны на реке Угре. Старчак разделил оставшихся на две группы: большая часть отошла на новую линию обороны, на левый берег Извери; меньшая группа осталась на Угре вести арьергардный бой. На левом и правом флангах обороны гитлеровцы были отбиты. После обеда командир получил донесение, что фашисты переправились севернее и южнее через реку и десантники могут оказаться в глубоком окружении. Вечером, оставив около Угры заслон из добровольцев и взорвав мост, парашютисты отступили к Извери. Отступая, десантники продолжали вести тяжёлые бои и при этом не уходили от Варшавского шоссе. Так продолжалось пятеро суток, на шестые со стороны Медыни, с востока, пришла помощь к парашютистам. В официальной сводке было сказано: «В октябре 1941 года под Юхновым 430 человек, отобранных из батальона для подготовки десантников под командованием майора Старчака, в течение четырёх дней сдерживали наступление немецких войск, рвавшихся к Москве. Из состава отряда погиб 401 человек. Но отряд не отступил и дал возможность подтянуть резервы и остановить врага». Из кольчугинцев в живых осталось только трое: Руф Дёмин, Александр Буров и Константин Власов. О боевых действиях этого отряда Старчака ходили легенды по всему Западному фронту. Бывший боевой командир десантников Иван Георгиевич Старчак в своей книге воспоминаний «С неба в бой», описывая действия отряда, много страниц посвятил боевым подвигам наших земляков. Один из эпизодов - об Александре Ивановиче Бурове. Однажды, приземлившись в условленном месте, Александр Буров пошёл в деревню, чтобы разведать силы противника, но его обнаружили, схватили и привели на допрос. Его били, издевались, но комсомолец Буров молчал. Повели на расстрел. Когда узкая, пробитая в снегу тропа свернула за 5
угол дома и идущий впереди конвоир скрылся за ним, Буров резко обернулся, выхватил у солдата винтовку и молниеносно расправился с фашистом. Из-за угла выскочил тот, что шёл впереди, но был сражён выстрелом в упор. Можно было отходить к лесу, но советский разведчик ещё раз решил попытаться разведать силы противника. Соблюдая меры предосторожности, Буров снова направился в село. Осмотрел часть дворов. Обнаружил танки. Теперь можно было выбираться на огороды, а там - чистое поле. Вдруг из-за плетня выскочили немцы, Александр успел выстрелить, один свалился. Бурова снова взяли в плен, раздели и в одном нижнем белье опять повели на расстрел. Его поставили к стене сарая, ослепили электрическим фонарем. Выстрелов Александр не слышал, только почувствовал, как что-то толкнуло в грудь и ногу. Уже лежащего в крови его ещё раз осветили, попинали носками сапог и ушли. Фашисты не убили советского разведчика. Он лежал в снегу в одном нижнем белье, без валенок, коченея от холода. Александр понимал: ещё немного, и всё будет кончено. То, что не сделали вражеские пули, довершит свой, русский мороз. Он попытался встать, но не мог. Тогда, перевернувшись на здоровый бок и опираясь на руку, превозмогая боль, оставляя кровавый след на снегу, пополз по направлению к свои. Увидев товарищей, он произнёс: «Задание выполнил. В деревне фашисты, танки...» Из воспоминаний Руфа Фёдоровича Дёмина: «мне не исполнилось ещё и девятнадцати лет, когда я вместе с другими комсомольцами записался добровольцем на фронт. Было это тридцатого июля сорок первого года. через несколько месяцев стал парашютистом. в декабре 1941 года полетели в тыл врага. нас научили всему, что должен знать и уметь десантник. заранее ознакомили с районом действий, с местом высадки, пунктом сбора. ночь. самолёты перелетели фронт. открылся бомбовой люк самолёта, прозвучала команда «Пошёл!». то ли я слишком волновался, то ли торопился - не помню, только зацепился хлястиком куртки за створки бомболюка. А пока отцеплялся, товарищи успели прыгнуть на условленное место, и самолёт улетел дальше, я прыгнул, темнота, ориентиров никаких, зарыв парашют в снег, осмотрелся. Пошёл. вскоре показалась дорога, послышался лай собак, значит, недалеко селение, ждать приказаний не от кого, в поле один-одинёшенек, надо решать самому, решил осторожно узнать, как называется населённый пункт, кто в нём, куда ведут дороги, где немцы, много ли 1х. оставив позади метров двести, услышал снежный скрип. точно такой, какой слышен от пешехода в морозную ночь, остановился, вспыхнула ракета, - осветила поле, затрещал пулемёт, засвистели пули, одна из них попала мне в правую ногу. Помощи ждать было не от кого, вся надежда на себя - на силы, на выносливость, на стойкость, обождал с минуту, пошёл в сторону от 6
дороги. в темноте и не заметил, как оказался на берегу не то речки, не то оврага. Думал, что впереди ровное место, шагнул и полетел вниз головой. Угодил в полынью. К счастью, речка была неглубокой. Побрёл, холодная вода ломила ноги. Тело немело, не слушалось. с великим трудом, напрягая все силы, заглушая боль, дополз до сарая, залез в солому. Кидало то в жар, то в холод, нить хотелось так, что вода, льдинка и даже снежинка рисовались в воображении неоценимыми драгоценностями, жажда была столь сильной, что я не вытерпел: пополз к речке, возвращаясь в сарай, заметил человеческую фигуру, «немец», - подумал я. отполз в кусты. И такое зло взяло, что скрипнул зубами, немцы расхаживают по нашей земле, как у себя дома, а я ползаю, нет, так не пойдёт. Пусть погибну, но недаром. Хоть одного немца, да уничтожу. Немец, обутый в тяжёлые эрзац-валенки, с канистрой прошёл в одну сторону, набрал воды, зашагал обратно, нет, чтобы спокойно идти, ещё свистит, дьявол, видимо, подбадривает себя. Как только он поравнялся со мной, я, что было сил, дёрнул его за ногу, немец плюхнулся в снег, как сноп от ветра, ткнул его несколько раз ножом, чувствую, скис, отобрал документы, оружие, а труп стащил к речке, опустил в прорубь, пополз снова в сарай, спрятался в соломе, заснул. Утром послышались шаги, я схватил автомат, приготовился. Ура, наша, русская женщина! она сказала, что немцы ищут того, кто убил их солдата. Грозятся сжечь село, и самое лучшее сейчас - это любыми путями мне отсюда уйти. ноги уже одеревенели, женщина принесла мне два коротких кола, опираясь на них, я пополз. А кругом темень непроглядная, ветер, метель, в два счёта можно замёрзнуть, нет, думаю, с жизнью так легко и просто расставаться не стоит. Думаю и ползу. Ползу и думаю о товарищах, о близких, о доме... Под утро добрался до деревни. Уткнувшись в брёвна дома, занесённого снегом, коротким колом постучал в раму, заскрипели двери, открылись, меня подхватил и повёл в избу мужчина. Позднее я узнал, что мужчину звали Иван Семёнович Гущин, расспрашивать он меня ни о чём нс стал, а только собрал родственников и сказал: «Это советский солдат, он ранен, обморожен, я оставлю его у себя, постараюсь поставить на ноги. Хотя немцы и расстреливают за укрывательство красноармейцев, я всё же не брошу этого солдата. А тот, кто боится наказания, пусть идёт жить в другую избу». Хозяин дома снял с меня мокрую одежду, накормил, уложил спать. Его жена перевязала, как умела, рану, одежду спрятала. Когда заходили немцы и спрашивали, кто я такой, хозяин, не моргнув глазом, отвечал, что я его сын, обморозился, когда расчищал дорогу, немцы сдёргивали с меня одеяло, пренебрежительно смотрели, морщились от запаха гниющих ран и, махнув рукой, уходили, наверное, считали, что нечего возиться со мной, без толку тратить пулю, всёравно помру. настал морозный-преморозный январь сорок второго года, наши войска уходили всё дальше и дальше на запад, освобождая одну деревню за другой, настала очередь и нашей, завидев советские танки и 7
Под Москвой во время генерального сражения за столицу и в ходе контрнаступления действовало более 30-ти специальных лыжных батальонов, составленных из лучших спортсменов страны. В одном из таких подразделений предстояло воевать двадцати трём кольчугинцам- добровольцам. Хорошая предвоенная подготовка кольчугинских спортсменов- лыжников в заводской лыжной секции «Здоровье», а затем в спортивном обществе «Искра» помогли молодым ребятам выдержать лыжные переходы суровой зимы 1941 года. Сначала кольчугинцы были направлены в 375-й запасной лыжный полк, сформированный в городе Котельнич Кировской области. Там наши земляки прошли военную подготовку. 7 ноября 1941 года полк был переброшен на переформирование в город Дмитров, а потом в Сергиев Посад. Так была сформирована 47-я отдельная курсантская бригада, 5-й отдельный лыжный батальон 1-й Ударной Армии. 5 декабря мы вступили в ожесточённый бой под Москвой. В том бою плечом к плечу шли кольчугинцы: командир отделения Сахаров Николай Александрович, Пузов Василий Андреевич, Плохов Виктор автоматчиков, немцы стали улепётывать, дай бог им ноги, тут им вовсе стало не до меня, танки, орудия, миномёты, «Катюши» дубасили врага. «наши пришли!» - слышалось со всех сторон. не забыли и обо мне - переправили в Москву, в госпиталь, отняли обе ноги. Поначалу сник. Как буду жить, что делать? но товарищи поддержали, помогли, выучился, приобрёл специальность, вот хожу и опять крепко стою на ногах...» Отряды особого назначения Большое мужество и героизм проявили лыжники - отряды особого назначения, активно участвовавшие в подмосковных сражениях. Мобильные лыжные отряды, сформированные из спортсменов-лыжников, одетые в белые маскхалаты, быстро передвигались по тылам противника и наносили неожиданные удары. 8
Александрович, Абрамов Павел Степанович, Батяев Николай Павлович, Мухояров Сергей Фёдорович. Сергей Мухояров погиб в бою 18 декабря 1941 года, он был похоронен в братской могиле возле деревни Плаксино Лотошинского района Московской области. Первая ударная армия продолжала наступление на запад и юго-запад, одновременно сжимая кольцо окружения вокруг Клина. 30 января 1942 года кольчугинцы уже в городе Клин во Дворце культуры слушали выступление Председателя Верховного Совета СССР М.И. Калинина. Не только молодёжь шла защищать Москву, но участвовали в ней и ветераны, воевавшие в Первую мировую и гражданскую войны. Срочно формировались и конные батальоны, которые должны были действовать в тылах противника. В них призывались участники конной армии Гражданской и Первой мировой войн, уже имевшие опыт быстрых кавалерийских атак. Сохранилась областная газета «Призыв» военных лет. В ней помещена статья гвардии полковника, бывшего командира 170-го гвардейского полка И.Г. Факторова «Эскадрон Спиридонова»: «В сентябре 1941 года, когда немцы неудержимо рвались к Москве, они на каждом шагу встречали ожесточённое сопротивление Красной Армии, во многих боевых действиях героически участвовал старший лейтенант Пётр Андреевич Спиридонов из города Кольчугино владимирской области. Под его командованием были организованы 15 истребительньх групп по уничтожению танков, орудий, техники и живой силы противника. Их внезапные дерзкие ночные рейды и атаки не раз заставляли фашистов в панике отступать, бросать мощную технику...» Пётр Андреевич - интереснейший человек, уроженец деревни Деево. Воевал в Первую мировую войну в четвёртом уланском Харьковском полку, участвовал в гражданской войне 1917-1922 гг. сначала в составе кавалерийской дивизии Котовского, где был награждён орденом «Боевое Красное Знамя», потом воевал с басмачами в Туркестане. В сорок первом году ему - глубоко за сорок лет, и он - снова на войне, под Москвой. 9
«Из донесений боевых разведок командиру эскадрона старшему лейтенанту Спиридонову стало известно, что на окраине деревни Порослицы находились три скорострельные гаубицы, танки и броневики фашистов. Командир эскадрона мучительно взвешивал шансы ночного боя. сколько нужно бутылок с горючей смесью, чтобы поджечь тяжёлый танк? что сможет взвод, если немцы успеют пустить в бой хотя бы один танк? Как достичь внезапности конной атаки, если лошади проваливаются в снег по самое брюхо? Под рукой у командира эскадрон молодцов, он сам сформировал это подразделение, учил ребят строю в атаке, получил благодарность командования за отличную выучку конников. - скрытность и внезапность! - приказывает П.А. Спиридонов. - снять дозор, небольшими группами окружить, спешиться и забросать гранатами и бутылками с горючей жидкостью. суровый 1941 год ещё не отсчитал своих последних мгновений, когда эскадрон старшего лейтенанта П. А. Спиридонова готовился к атаке на северо-западной окраине деревни Порослицы. немцы сидели здесь крепко. Уже несколько раз пытались отбить у врага деревушку и окрестности, полегло немало наших солдат, но всё безуспешно. И вот настала очередь Петра. Атака была настолько внезапной, огонь пулемётчиков - метким, а удар истребительньх групп по танкам и пушкам таким умелым, что фашисты и не пытались обороняться, они бежали, беспорядочно отстреливаясь от настигавших их конников, тут шальная пуля и сразила лихого командира. Похоронили его наутро 1 января 1942 года в деревне Воронино со всеми воинскими почестями». Свой последний бой наш земляк Петр Андреевич Спиридонов не проиграл. Второй орден «Красное Знамя» (первый был получен им во время гражданской войны) Пётр Андреевич не успел приколоть на грудь. Он был награждён им посмертно за боевые заслуги в разгроме гитлеровцев под Москвой. II. Сталинградская битва (17 июля 1942 г. - 2 февраля 1943 года) Летом 1942 года началась невиданная по своему значению, размаху и напряжению битва на подступах к Дону и Волге. 200 дней и ночей Красная Армия перемалывала отборные соединения Германии и её союзников. Сталинградская битва, которая изменила историю и переломила ход всей Второй мировой войны, продлилась с 17 июля 1942 года по 2 февраля 1943 года и закончилась полной победой советских войск. Оборонительный этап операции продолжался до 18 ноября 1942 года, а с 19 ноября начался наступательный этап. Бои были крайне ожесточённые и кровопролитные. Достаточно сказать, что в оборонительный период в среднем каждые 23 секунд погибал один советский солдат или мирный житель. Сталинградская битва стала началом коренного перелома в ходе всей Второй мировой войны. Враг лишился сотен тысяч опытных солдат и офицеров, вынужден 10
был отступить с Северного Кавказа, оставить Ставрополье, Кубань, Ростов-на- Дону. В январе 1943 года была прорвана блокада Ленинграда. В марте 1943 года под влиянием поражения в Сталинградской битве немцы очистили территорию Ржевско-Вяземского выступа и более уже никогда не угрожали безопасности Москвы. Теперь всему миру стало понятно, что СССР не проиграет войну нацистской Германии, а будет и дальше наступать до полного поражения гитлеровского блока. Тысячи советских солдат и офицеров были награждены орденами и медалями «За оборону Сталинграда» и специальными грамотами за подписью И.В. Сталина. Этих наград удостоились и наши земляки: генерал- лейтенант П.М. Зернов, майор А.Я. Рябкин, солдат Д.Д. Одноволиков, старший сержант С.А. Филаретов и многие другие. Сталинградская битва стала одним из самых кровопролитных сражений Второй мировой войны. Потери Красной Армии составили более двух миллионов человек, в том числе, по некоторым данным, в Сталинградском сражении погибли 62 кольчугинца. Среди них и политрук Николай Николаевич Панов. Родился он в селе Семёновка недалеко от посёлка Бавлены. После школы пошёл работать на Кольчугинский завод. По рекомендации старших товарищей вступил в ряды ВКП(б), затем его избрали секретарём партийной организации цеха. В начале войны он работал в исполкоме городского совета. В 1942 г. был призван в срочно сформированную 49-ю Ивановскую стрелковую дивизию. Своё третье формирование 49-я стрелковая дивизия провела в Ивановской области (тогда в неё входил ряд районов Владимирской, Костромской и Нижегородской областей) и завершила его в августе 1942 года. В состав дивизии вошли 15-я, 212-я, 222-я стрелковая, 31-я артиллерийская и другие части и подразделения общей численностью около 17000 человек. Дивизия в конце августа 1942 г. прибыла под Сталинград в район Красного Яра и за 5-6 дней марша, пройдя более 250 км, вышла в район ожесточённых и 11
кровопролитных боев на передовую в стратегически очень важном Городищенском районе. По воспоминаниям крупных военачальников, руководивших защитой Сталинграда, мужество и героизм солдат, в том числе и кольчугинцев, при обороне Городищенского района во многом способствовали ускорению окружения и разгрома армии Паулюса. Бывший комиссар 49-й дивизии И.А. Иванов на встрече ветеранов дивизии в Кузьмичах в 1980 году признал, что в период этих боев только в сентябре-октябре 1942 г. «дивизия потеряла более половины своего состава...». Почти весь период Сталинградской битвы дивизия воевала, замыкая кольцо окружения немцев. Николай Николаевич Панов участвовал в ожесточённых боях в районе железнодорожной станции Суровикино, которую удерживали 49-я Ивановская дивизия и в том числе 222-й стрелковый Владимирский полк. Бои за Суровикино являются составной частью Сталинградской эпопеи. Суровикино стояло на пути танковых полчищ Манштейна, рвавшихся на выручку гитлеровцам, окружённым под Сталинградом. Там Н.Н. Панов погиб в декабре 1942 года, а в канун Нового года его семья получила похоронку. О нём и других погибших земляках напоминает мемориальная доска, установленная на 1-м этаже здания Кольчугинской районной администрации: «Светлой памяти работников исполкома Кольчугинского совета народных депутатов, отдавших свою жизнь в боях за родину на полях сражений великой отечественной войны 1941-1945 гг. Панов Николай Николаевич Тютин Василий Михайлович Тютин Семён Михайлович». Из воспоминаний Говядкина Ивана Николаевича (01.10.1924-05.08.2010). Он ушёл на фронт 18-летним пареньком. В 1942 г. сразу попал на учёбу в Москву, потом в пехоту миномётчиком. На себе приходилось таскать 52- и 82-миллиметровые миномёты: - Из Москвы нас повезли в Сталинград, буквально на подходе вступили в первый бой. И сразу попали под бомбардировку. Более пятидесяти самолётов летели прямо на нас. в тот момент я думал только о том, чтобы всё поскорее закончилось, но за самолётами появились немецкие танки, за ними бежали автоматчики, всё это увиденное сразу нас, 18-летних, парализовало, но тут, наконец-то, появились наши Т-34, мы сразу воспряли духом. Бросились в бой за нашей пехотой и вскоре заняли немецкие траншеи. К вечеру нас отозвали на свои огневые позиции, вскоре после того, как нас всех, оставшихся в живых, обошёл старшина, прикатила кухня и дали положенные 100 грамм. Это вывело из оцепенения тех, кто никак не мог 12
оправиться от увиденного и пережитого. воевал до 1944 года, был ранен и после госпиталя демобилизован домой. но первый свой бой и первый фронтовой день в памяти храню до сих пор... Из воспоминаний Малова Григория Петровича. Он родился в 1911 г., чуваш, образование высшее, имеет правительственные награды: орден Красной Звезды, медаль «За оборону Сталинграда» и юбилейные награды. До войны работал на Острогожском мотороремонтном заводе Воронежской области в должности инженера-энергетика. 28 августа 1941 г. был призван на службу в Красную Армию по партийной мобилизации: - острогожским горвоенкоматом я был направлен в Брянское военнополитическое училище, по окончании которого служил в железнодорожных войсках. сначала в звании старшего лейтенанта, а в ходе службы мне было присвоено звание капитана. службу я проходил в 29-м мостовом батальоне 46-й отдельной железнодорожной бригаде действующей армии, в нашу обязанность входило восстановление железнодорожных мостов, обеспечивающих передвижение живой силы и материальной части боевых частей. Часто приходилось работать под обстрелом и бомбёжкой. запомнился случай на станции Палласовка сталинградской области. Фашисты бомбили железнодорожную станцию, где скопилось множество составов, нам было дано задание - рассредоточить вагоны, отцепив горящие. Действовать пришлось в очень быстром темпе и под непрерывным вражеским огнём, в этой операции я был контужен взрывной волной и засыпан землёй. Когда меня откопали, я почувствовал, что очень плохо слышу, через годы после окончания войны слух я потерял окончательно, сколько мостов я восстановил, сбился со счёта, в городах Польши, Венгрии, Чехословакии и Германии они обеспечивали форсирование рек для наших боевых армий. В марте 1946 г. Григорий Петрович был демобилизован. Приехал в Кольчугино и работал в техникуме по обработке цветных металлов преподавателем электротехники, а затем 6 лет работал в техническом училище. Шиланков Иван Филиппович (08.07.1923-08.09.1942) родился в г. Кольчугино. Очень любил рисовать и, как многие кольчугинские ребята, посещал ИЗО-студию, которую при клубе имени Ленина вёл профессиональный художник, прекрасный педагог А.И. Кукин. Вместе с Иваном в студии занимался К.А. Прохоров, ставший впоследствии известным художником. Константин Алексеевич по прошествии времени писал: «У нас в кружке особенно выделялись двое: Володя Рябкин и Ваня Шиланков. они как-то совершенно по-особенному рисовали пейзажи масляными красками, облака, где-то вдали деревенька, пасущиеся кони... Холст оживал, казалось., что смотришь в окно...» Педагог сумел разглядеть в мальчишках природную одарённость, рекомендовал учиться дальше. 13
Закончив 7 классов, И. Шиланков поступил учиться в Ивановское художественное училище. За успехи в учёбе он получил Суриковскую стипендию, часто участвовал в конкурсах и побеждал. 3 марта 1942 г. Иван Шиланков ушёл добровольцем на фронт. Служил в части 41 ГВД 126 ГВП рядовым (десантником). Часть находилась во Внуково и подчинялась лично Сталину. Когда положение на фронте стало трудным, часть Шиланкова направили в Сталинград. Иван Филиппович Шиланков погиб 8 сентября 1942 года. Захоронен он и ещё 3046 солдат в селе Кузьмичи Городищенского района Волгоградской области. На этом месте установлен памятник. Из воспоминаний М. Ильина: - С первых дней войны мы, группа кольчугинских парней, писали на имя Сталина и Будённого просьбы об отправке нас на фронт. И в сентябре сорок первого года 38 комсомольцев были зачислены в воздушно- десантные войска, называли нас «сталинскими соколами». Первое боевое крещение наша бригада прошла под Ленинградом. Было оно неудачным, десантировали прямо на головы немцев, и они расстреляли нас в упор. К своим пробилось только 250 человек. Потом были у меня прыжки в тыл врага в составе диверсионных групп. Уничтожали мы мосты и другие важные военные объекты. После выполнения задачи могли либо партизанить, либо пробиваться к своим. Сталинград меня просто потряс с первого дня. не город, а груда камня и щебня, всё небо чёрное от дыма, горит даже волга, немцы разбомбили тогда нефтехранилище, и река долго горела, в небе сплошь немецкие самолёты, на земле танки прут в лоб. жутко! оборону пришлось держать в районе тракторного завода, одной из самых горячих точек. Это была даже не оборона, а просто слоёный пирог. Положение менялось через каждый бой. Иногда в одном доме дрались по нескольку групп с обеих сторон, в одиночку опасно отлучиться на несколько шагов - либо утащат в плен, либо пристрелят. так я земляка своего, Володю Левашова, потерял. Пришла к нам бабуся, говорит, что в её доме командир раненый. Послали нас с Володей, а эта старая ведьма вывела прямо к немцам в руки. Хорошо, что я держал в руке гранату, успел бросить, а друг так и погиб. в самые жаркие дни боёв пришлось быть и санинструктором. Целый день вытаскивал раненых на берег Волги, а к вечеру там ступить негде было, ночью переправляли их на другой берег, а взамен - пополнение. И снова раненых - на берег, и всё повторяется. Дни, недели, месяцы... Из тех 38 кольчугинских ребят с войны вернулись восемь, среди них навел Степанов, которого я в Сталинграде вынес из боя, Дмитрий Белов, яков Павлов, Леонид жидкое, вот и все «сталинские соколы», добровольцы сорок первого года. Из воспоминаний И. Королёва: - моя служба в советской Армии началась ещё до войны, то есть с 1940 года, в Монголии. войну встретил в должности механика-водителя танка. 14
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4