ближайший город, в котором существовала железная дорога. Последние четырнадцать верст перед Тюменью узники были под эскортом того самого эскадрона красных улан, которым командовал корнет Марков и, как следует из отчётов Соловьёва в обе столицы, являлся частью силы, предназначенной для спасения Царской Семьи. Вряд ли подозревали красноармейцы, скакавшие по сторонам розвальней царственных узников, с какой надеждой всматривалась в их лица Императрица, ожидая найти в них «хороших русских», которые должны были прибыть из Тюмени для её спасения. Ведь она отправила заранее приготовленное предупреждение «Братству Св.Иоанна Тобольского», что Царя увозят и пришло время действовать. В селе Покровском конвой менял лошадей напротив дома Распутина, и жена «Святого дьявола», стоя у окна, издали крестила узников... Что должна была думать Императрица? Был ли это знак, что они могут рассчитывать на помощь от «верных последователей Распутина», или это было благословение пленникам на грядущие события? В Тюмени их посадили в специальный поезд с часовыми на всех площадках вагонов. Поезд отправился в направлении Омска. А помощи всё ещё не было... Поручик Соловьёв для соблюдения приличия ещё несколько дней провёл в тюрьме, затем вышел на свободу и вернулся домой вместе с женой и корнетом Марковым. Дома поручик обнаружил посылку, которая пришла из Тобольска в период его своевременного отсутствия. В посылке были две иконы: Св.Иоанна Тобольского и Св.Николая Угодника. На обороте обеих святых образов была собственноручная надпись Александры Фёдоровны - «26 января 1918 года» - и тайный знак Братства - свастика. Такое сочетание икон и надписи означали, что Императрица хочет известить «Братство Св.Иоанна Тобольского» о том, что Его Величество, Императора Николая II увозят из Тобольска 26 апреля и пришло время его спасать. 89
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4