Полковнику Кобылинскому удалось добиться создания внутри дома временной часовни для оставшихся узников. Соловьёв и отец Алексей были не одиноки в стремлении создать ложное чувство безопасности. К тому времена был уже подписан Брест-Литовский мирный договор, и немецкий посол граф Мирбах обосновался в Москве. Когда Государь случайно услышал о сепаративном мире, он был глубоко возмущён и, потеряв обычное самообладание, резко воскликнул: «Подумать только, они называли Её Величество изменницей!.. Кто же настоящий предатель?..» Некоторые доверявшие немцам монархические группы в Москве спрашивали графа Мирбаха, что он делает или что собирается делать для спасения Царской Семьи. Ответ Мирбаха всегда был неизменен: «Успокойтесь. Я знаю, что делаю. Обстановка в Тобольске мне известна и, когда придёт время, императорская Германия начнёт действовать».
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4