берг, подошел к каштану Булыгину, держа револьвер на высоте его лица. Другой, показав капитану значок, якобы, полиции, заставил его повернуться и, держа револьвер у его поясницы, грубо приказал идти в столовую. Здесь первый разбойник заявил, что он комиссар уголовной полиции и показал г-же Фрейберг и капитану свой комиссарский документ, отказавшись, впрочем, дать его в руки. После этого квартира была грубо и торопливо обыскана, причем г-жу Фрейберг не допустили к телефону, когда она хотела позвонить своему мужу. К балконной двери тоже не подпускали. «Прапорщик Лутохин» был тут и служил переводчиком, т.к. ни г-жа Фрейберг, ни капитан Булыгин не знают немецкого языка <...>. Ограбив квартиру, разбойники сложили все захваченные бумаги в два чемодана, выдали расписку за подписью комиссара Ламм и заявили, что полковник все получит в полиции А1ехапс1ег- р/а/2, комната № 21, куда он обязан явиться, а то «мы его все равно возьмем». После этого они сошли вниз по лестнице, заставив угрозой револьверов г-жу Фрейберг и капитана спуститься с ними. У дверей дома стоял «зеленый» полицейский, мирно разговаривающей с одним из грабителей, дожидавшимся внизу. Во дворе стояло еще два разбойника. Грабители сели в два автомобиля и мирно уехали. Вызванный через полчаса полковник нашел разграбленную квартиру, похищенные бумаги (кроме самых важных, которые разбойники впопыхах забыли) фотографические карточки Коп- повских сотрудников и перерезанный провод телефона. Полиция энергично ищет виновных. Этому нападению предшествовала нота Коппа к Германскому Правительству с протестом против контрреволюционной деятельности полковника Фрейберга <...>. 513
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4