Лейб-Гв. 4-го Стрелкового Императорской Фамилии полка полковник Зиновьев, штабс-капитан князь Голицын и его брат подпоручик. Мы могли пополнить наши группы в Хараксе и в Ай-Тодоре и в Дюльбере приступить к более правильной караульной службе. На границе Дюльбера и соседнего имения «Барбо» была небольшая горка с деревянным домиком в несколько комнат, достаточно комфортабельных. Там поселились прибывшие с Кубани уланы Его Величества ротмистры Алексеев (сын генерал- адъютанта), Новиков и Ф ерм ор* , Они составили отдельный пост. В этом же домике жил капитан 1-го ранга Черноморского флота Свечин и бывший при нём старший лейтенант Квашнин- Самарин, брат прибывшего с Кубани Преображенского полковника. Россия переживала неописуемое, сумасшедшее время. С уходом немцев с Украины пала власть гетмана Скоропадского, в Киеве воцарился Петлюра, а по всей стране бушевали и бесчинствовали всевозможные банды, С севера бежали все, кто мог, в большинстве аристократия и богатые люди. Все гостиницы Ялты были переполнены беженцами. Но в то время у людей были ещё деньги, и жизнь в Ялте била ключом. Во главе прибывшего пополнения был полковник Квашнин- Самарин и по производству и по службе старше полковника Фе- дотьева. Он не сомневался, что Федотьев сдаст ему командование над отрядом. Так было принято в военной среде. Мне пришлось быть посредником между ними. Отдавая все должное полковнику Квашнину, я тем не менее решительно стал на сторону Федотье- ва. Это был простоватый человек, но энергичный и решительный. Получив приказание генерала Деникина возглавить нашу группу, он без рассуждений сделал всё, что было в его силах для осуществления нашей поездки и благополучного её завершения. Не мог забыть я и слова Кутепова: «Моих Преображенцев не дам», Теперь же, когда обстановка сложилась благоприятно для нас, к нам приехал Преображенский полковник. А.Н. Фермор (1886-1931), Л.-Гв. ЕИВ Уланского полка полковник, в эмиграции жил вместе с П.Булыгиным в Абиссинии. 454
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4