Можно объяснить неудачу молодых офицеров в обнаружении каких-либо зацепок, потому что они были совершенно незнакомы с криминалистическим образом действия. Но что могло извинить «Официального Следователя по делам Чрезвычайной Важности»? 7-го августа Екатеринбургский Областной суд под напором возмущенных таким странным ведением расследования военных кругов, назначил нового следователя - члена Екатеринбургского суда. Этот следователь сделал ещё лучший трюк: вообще не обеспокоил себя визитом на заброшенный рудник! И только 7-го февраля 1919 года с назначением Соколова это несчастное дело попало, наконец, в надлежащие руки. Свыше шести месяцев прошло со дня убийства и уничтожения тел, а всё ещё ничего не было сделано. Казалось, что это почти безнадёжная задача - начинать там, где другие не справились, когда многие нити, ведущие к разгадке, уничтожены временем. Но Соколов обладал решительным характером. Он не ухватился ни за готовые версии, ни за другие фантазии людей. Соколов начал с хождения пешком от дома Ипатьева до рудников по дороге, по которой должен был ехать грузовик, приглядываясь к каждому полууничтоженному знаку, который он находил в открытой книге природы. Таким образом, перед тем, как войти на тот спрятанный в лесу участок, называемый шахтой «Четыре брата» он уже знал, что ходил не напрасно, что был на верном пути. Задолго до этого он точно знал, что произошло. «Четыре брата» были вынуждены выдать ужасный секрет, который они так старательно хранили семь месяцев. Лесной участок и рудник, куда были доставлены тела членов Царской Семьи для уничтожения, получил своё странное название - «Четыре брата» - из-за выросших там четырёх сосен. Это была очень уединенная местность в трёх верстах от ближайшей деревни, если можно так назвать уединенную маленькую деревушку Коптяки, в которой меньше дюжины деревянных изб. Сама шахта была заброшена. Открытые разработки стали озёрами, рудник частично завалился, порос травой и кустарником. Рудник 127
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4