ПРЕДИСЛОВИЕ Весна опять зазеленела, Но нам неясен жданный срок. Мы неуверенно, несмело Бредем в пыли чужих дорог. Одни - речами истекают, Бранятся, как кого назвать, Другие - просто начинают Жизнь по чужому создавать. И молодёжь уже не помнит Далекой Родины лица, Не знает Иверской Часовни, Не знает Зимнего Дворца. П.Булыгин. Абиссиния Случайны ли в нашей жизни находки?.. Случаен ли вдруг вспыхнувший к ним интерес?.. Кажется, что может быть значительного и интересного для нас - теперешних - в старых, выцветших бумагах, которые при очередной генеральной уборке обнаружили на антресолях и собирались вынести на помойку?.. Ведь те, кому были дороги эти старые письма и тетради, кто хранил все эти бумаги, уже ушёл в мир иной... Почему вдруг мне так захотелось разобраться в старых желтоватых листочках писем, рвущихся на сгибах, в уже начавших рассыпаться старинных тетрадях?.. Какая-то неведомая сила неодолимо потянула меня к этому вороху старой, казалось, никому уже не нужной бумаги... Вот так передо мной появились стопки писем вдовы единственного маминого дяди Павла Петровича Булыгина (писем конца 1950-х — начала 1970-х годов), писем его польских кузин, обрывков воспоминаний и дневников его сестер и даже его автографов... В этих же бумажных завалах я обнаружила и стопку писем прадедушки Петра Павловича Булыгина (1858-1914), адресованных старшим дочерям: Софье - моей родной бабушке, её мужу Михаилу Алексеевичу Изъе- динову и Анне - маминой тётушке. В этих письмах любящий отец всё время упоминается о трёх младших детях - Наталии, Павле и Марусе - а старшим дочерям рассказывает о своей жизни и о том, какими бы он хотел видеть их... Именно говорит, а не учит!.. Очень тактично, осторожно, ненавязчиво... Вдова Павла Булыгина - Агата Фенвик-Булыгина (1897-1977), урожденная Шишко - описывает в своих письмах недолгую (всего во4
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4