Будет рукою жестокой В окна и двери стучать; Там, за полями, далеко Голосом диким кричать. Весь истоскуешься ночью, Слушая стоны в трубе... Если бы ночь покороче! — Слишком тревожно здесь мне... Утром проснешься: как в сказке! Липы стоят в серебре. Эх, кабы детство, салазки! Бело совсем на дворе. Жизнь полюбивши, я снова Буду ходить по полям, Все ощущения новы — Словно моложе я сам. Сумерки будут ползучи... Буду сидеть у огня, Вспомнив, как было здесь лучше, Вспомнивши снова тебя... В мягких объятиях кресел Так хорошо вспоминать, “Что ты, соколик, не весел? Хочешь приду погадать?” — Полно, какое гаданье! Я уже стал старичком. “В эти то годы?”— Да, няня... Знаешь, не будем о том... Лучше, задуй-ка ты свечку, Сядь, да мне сказку скажи, Помнишь, как в детстве? А в печку Новых дровец подложи. 1921 г. Берлин 56
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4