Газета «Рулъ» N°2262, Берлин б мая 1928 г., стр. 7-8 ЗА ВОЛЬНЫМ КАЗАКОМ АШИНОВЫМ I Томится ночь. Звёздно вздрагивая, плывёт небо, плывут лучистые тяжёлые волны, покачивая освящённый пароход с двумя цветными глазами: зелёным справа и красным слева. Гулко ухает машина как большое сердце, ржаво ползёт по борту рулевая цепь, пахнет противно машинным маслом и махоркой. «Иерусалим», обычно возящий паломников. Душно. Потянет ветерок с одной стороны - из Аравии, с другой из Африки. Красное море. Состав пассажиров паломничьего парохода странный - много казаков и горцев - простолюдины. Сидят кучками, лениво бродят, переругиваются, смеются, плюют за борт. Много испитых лиц, свирепых рож, бегающих глаз - голь перекатная, бродяги. На мостике —сухая , широкоплечая фигура в перетянутой богатым кинжалом серой черкеске. Глаза - колючие, нос — клюв, клин чёрной бородки - горец. Это Ашинов. Не паломники это по святым местам, да и что за святые места на восточном берегу Африки! И баб нет, этих неизбежных пассажирок всякого паломничьего парохода. Есть одна, бойкая Дунька - судомойка, но сама она говорит, что «с монастырю стекла, с посту» - она не в счёт. Толстая и быстроглазая, предмет страстных дум всего парохода, она лебезит со всеми, но по душе один - Миша, русоволосый паренёк с голубыми глазами. Матросик. Нанялся в Одессе. По утрам палубу шваброй моет, а вечерами песни поёт и сказки сказывает. Молодой Миша совсем, а уж исходил сколько. Как ушёл восьми лет из своей Незамайковской, так и ходит, подолгу нигде не остается. Наслушался всего, книжный. И любят его особенно монахи и бабы - ласковый. Ашинов сердится на мостике: «И что за народ такой, не могут без кинжалов - всё портят... В Порт-Саиде позволили на берег, но в подрясниках монашеских, сам тоже и властям порта сказал: «Монахи. Новый монастырь в Африке открывать будем. Он - настоятель». А братия то под подрясники кинжалы да револьверы нацепила, сразу видно - топорщится. Заметили, и от Порт-Саида за «Иерусалимом» французский крейсер пошёл - чуют. На корме Мишу слушают. О святом царевиче Иософате, сиречь индийском Будде. Играет гармошка. Блестят звёзды. Миша другое начал: «А эту лжичу ещё Царица Екатерина патриарху Греческому подарила...». 298
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4