* * * Е. Ив. Юрьевич Палатка. Ночь. Внизу костёр. Мулы легли перед восходом. Надоедает мне узор Ковра, висящего над входом. Как странно, как не нужно жить! Какие жалкие итоги... Всю жизнь идти и лишь кружить Вокруг изъезженной дороги... Из-под ковра, из темноты Влетела бабочка на свечку. Какая мягкая, как ты... Могу убить и не замечу... Вошла в палатку тишина, И обняла, и зашептала... Спасибо бабочке, — она Меня доверьем приласкала. * * * Когда догорит полоса над пустыней, И коршунов крики замрут, В дали неприветной, сиренево-синей Уснувшие силы встают. Нужны человеку надёжные стены, И свет и веселье нужны. Забудь о Пустыне — там стонут гиены, Там бродят кровавые сны. Века и века сон Пустынь не нарушен. Сознанье — пески замели. Поддайся, усни — и измучают душу Видения Чёрной Земли. Ж . «Рубеж» 1936 №19 Харбин 248
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4