* * * Дорога лесом далека, Ночь из дупла глядит, как птица, И кто-то вновь, издалека, Меня зовёт, меняя лица. Я потерял ведущий луч. Былое сзади светит смутно, И острый холод близких круч Меня пугает поминутно. Но вот вдали, среди ветвей, Тепло краснеется лампада, И наклонилися над ней Глаза из тёмного оклада... * * * Я не знаю, когда это станется, Но не скоро ещё, — не теперь, Вдруг услышу: — последняя станция, А за нею — открытая дверь. И ступлю я ногою отвыкшею, В сердце кровь застучит, застучит... Не назвать бы извозчика “рикшею”... “Будьте добры, — какой это “Street?..” А когда, призывая ко Всенощной, Загудит и вблизи и вдали, Опущусь на колени я, немощный, Поклонюся Москве до земли. По вишнёвому городу нашему, Где прошли голубые года, Я пойду поискать миновавшее, Я попробую быть, как тогда... И своё вспоминая цветение, Весь охваченный им, как в бреду, Я подумаю в странном смятении: Неужели тебя не найду? За высокою белой оградою — Холмик мягкий, заросший травой... И к нему я с последней отрадою Утомлённой прижмусь головой... 209
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4