Портрет краеведа 9 образованным. Он снимал жильё в соседнем от флигеля отца доме попадьи Остроумовой15. Василий Доброхотов увлекался историей и древностями г. Владимира, с 1835 г. служил в газетном столе губернского правления, с 1847 г. публиковал в «губернских ведомостях» собственные и переводные заметки. В 1849 г. вышла его книга «Памятники древности во Владимире Кляземском» - первая работа по археологии г. Владимира, в которой он изложил свои археологические наблюдения, сопроводив их выписками из летописей, изданных Археографической комиссией в 1841 г. Книга заслужила похвальный отзыв и ряд замечаний историка и редактора журнала «Москвитянин» М.П. Погодина16, после чего Доброхотов занял должность редактора неофициальной части «губернских ведомостей». Соседом Тихонравова с левой стороны был соборный священник и ключарь Григорий Михайлович Чижов - учитель греческого языка во Владимирском духовном училище и автор нескольких опубликованных в «губернских ведомостях» заметок об истории владимирского Успенского собора. Он проживал от дома Доброхотова через дом чиновника Александра Ивановича Свешникова, в деревянном двухэтажном доме с пристройкой. Тихонравов, несомненно, бывал в домах своих учёных соседей и после их смерти стал автором некрологов17. Занимая в канцелярии губернатора скромную должность сначала регистратора, а с 1847 г. - младшего помощника правителя дел, Тихонравов готовил сведения для губернаторских отчётов: обрабатывал присылаемые из уездов присутственными местами, полицией и городскими думами сведения о делопроизводстве, о преступлениях и происшествиях, о хлебных и денежных запасах губернии, о посеве и урожае хлебов, о раскольниках, о фабриках и заводах, о скотских падежах, о народонаселении и прочем. Первым серьёзным заданием, которое Тихонравову поручил в 1844 г. новый губернатор П.М. Донауров, стало составление обзора коннозаводства в губернии. В то время в России готовился к изданию справочник о конных заводах России, владимирскую часть которого начальник Управления государственных конных заводов граф Левашов прислал во Владимир для сверки и уточнения18. По материалам проведённой работы Тихонравов в том же 1844 г. напечатал свою первую статью во «Владимирских губернских ведомостях»19, скромно подписанную «Сообщено». В этом же году Тихонравов опубликовал там же три исторических заметки - об архитектуре и фресках Дмитриевского собора, о Введенской Островской пустыни и о древних подсвечниках Богородицкой церкви. Молодой историк и статистик задался целью изучить родной край во всех отношениях и в первую очередь разыскать исторические источники для этого - древние рукописи, акты и, если повезёт, летописи. Для этого Константин Никитич обследовал библиотеки монастырей Владимира, Юрьева, Суздаля, Гороховца. По воспоминаниям одного из учеников Тихонравова, Н. Рыбкина, в одном из монастырей Константин Никитич обнаружил, что стены в келье настоятеля оклеены актами XVII в. и едва не упал в обморок. Но настоятель утешил его, сказав, что у него в монастыре такого хлама на синей бумаге ещё очень много, и он спрятан где- то на колокольне20. Похожий случай обращения с древними документами позже привёл шуйский корреспондент Тихонравова И.М. Лядов, который случайно в лавке торговца железом увидал склеенные в сумки для продажи на вес гвоздей указы Суздальской духовной консистории 1760 г. о сыске беглых попов и монахов с автографами знаменитого ключаря Анании Фёдорова21. По наблюдениям И.А. Голышева, старые рукописи из Татаровского волостного правления отдавались офеням для прокладки между иконами, которые складывались в возы стопами и развозились по Руси. На колокольне Троицкой церкви Борковской пустыни хранилось много древних бумаг, которые по распоряжению невежественного бурмистра были сожжены22. В 1847 г. в газете напечатано уже 40 публикаций Тихонравова: 16 древних документов (актов, грамот, указов, описей, купчих) и ещё 24 статьи по истории монастырей, церквей, сёл, о находках монет, об офенях и их языке и др. Для пробуждения интереса к истории Отечества труды таких энтузиастов, как Тихонравов, имели большое значение. В первой половине XIX в. русское просвещённое общество испытывало к памятникам древности своей страны глубочайшее равнодушие. В его среде господствовал взгляд, что все памятники культуры появились в России только после петровских реформ, до Петра Россия была страной варваров. Труды Тихонравова по публикации памятников древней русской истории были оценены должным образом только в тогдашнем учёном обществе. В 1849 г. Тихонравов был принят членом Императорского Русского географического общества, в 1850 г. - членом-сотрудником Императорского Петербургского Археологического общества. Тихонравов стал добросовестным и деятельным их сотрудником. Он посылал в Археологическое общество для публикации свои статьи, рисунки обнаруженных им надписей на старинных вещах23, найденные старинные предметы и рукописи. Так, в 1851 г. от него поступило 5 серебряных копеечек, называемых «мордочками», царей Ивана IV, Михаила Фёдоровича и Петра Алексеевича, а также подлинная
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4