- Он в сарайке. Только ты к нему пока не ходи... Давай мой руки, обедать пора, вон уже третий час... Чего долго-то? Серёга молча стащил свитер, в котором ходил в школу и в гости, аккуратно повесил на спинку стула джинсы и надел старенький спортивный костюм, который, как говорила мама, было уже не жалко. Вымыл руки и сел за стол. Подперев голову левой рукой, правой долго «купал» ложку в «серых» щах, боясь поднять таза на мать. Он не боялся, что его накажут, отец никогда не лупил его, а мать только тяжело вздыхала, если он натворит что-то очень серьезное. Сегодня было страшнее, чем серьезное. Мальчишка знал, что отец копит деньги на машину, пусть старенькую, с рук, но родители экономили каждую копейку, а тут он с этим стеклом. Его прошиб пот! А вдруг сегодня вечером отец хотел сказать, что он покупает машину, что ему хватает денег на ее приобретение... - Ну, что не ешь-то? - потрепав его за волосы, спросила мать. - А вот и отец! Хорошо как, вместе хоть пообедаем! Отец ел с аппетитом, похваливая щи и поглядывая на не поднимавшего глаза сына... - Ну все, сын, хватит мутить щи, рассказывай! - отложив ложку, отец сказал это, как всегда, твердо. Увиливать было бесполезно, и Серега рассказал все... Отец, сунув руки в карман, стоял лицом к окну и молчал. Мать, вытирая фартуком и без того сухие руки, бросала тревожный взгляд то на мужа, то на сына... - Завтра велели вам прийти в школу, - закончил свой рассказ провинившийся - Да-а-а... - потянул отец. - Значит, мать, наш разговор придется начать раньше, а ведь хотели вечером. Ну вот что, сын! Серёга сжался, и вдруг впервые за свою четырнадцатилетнюю жизнь, испугался... - Надо кончать с этим кормлением! Веди-ка ты Степаныча к нам, двор большой, будку я только что закончил, осталось определить ей место...
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4