22 броска в бой. Подъезжали ночью, как всегда без света, чтобы противник не обнаружил месторасположение танков. Командовал отделом горюче-смазочного фронта какой-то молодой полковник – фамилию не помню, но только помню, что он был еврей, а нашей ротой командовал старший лейтенант, призванный из Курганского района Челябинской области. Человек он был очень горячий, вспыльчивый, но справедливый. Так как прибыл я в 314-ю отдельную роту автоцистерн, как «безлошадный», то находясь в резерве, поехал в рейс на машине приболевшего шофера. Была весна третьего года войны. Весь разговор велся в вопросе, когда же американцы откроют второй фронт, гитлеровцы после каждого нашего наступления перегруппировывались и снова иногда отвоевывали территорию, взятую нашими войсками. Наши молодые резервы тоже здорово «таяли». Приходило пополнение женщин и «мужиков» в шестнадцать лет. В нашу часть также поступила, как пополнение, одна «девушка», но так как на фронте родильных домов не было, пришлось отправить ее домой. В этом рейсе не было никаких происшествий, наша автоколонна продвигалась медленно, машины ЗИС-5 с низкой посадкой то и дело завязали в дорожных колдобинах весенней грязи. Если автомашина автоколонны проваливалась одной стороной в колею с водой, все мы выходили из кабин, рубили деревья, поднимали вагами автомашину, подкладывали жерди и вытаскивали ее. Вот в один из таких моментов, подъехала колонна «Студебеккеров», на них сидели шоферы и, улыбаясь, глядя на наши мучения, приветствовали нас. Но помощь они оказать не могли, они везли срочный груз из Москвы. «Студебеккеры», полученные как помощь по ленд-лизу, имели высокую посадку, как раз для наших фронтовых дорог, привод от мотора для передней и задней осей, мощные бамперы, спереди и сзади, чтобы упираться бамперами и помогать застрявшей машине. Все было сделано из легированной стали и имело чуть не
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4