16 Сегодня приехал из рейса мой друг и единомышленник Анатолий Падерин – он до войны был инструктором Ярославского областного отдела физкультуры. Широкоплечий, очень сильный молодой мужчина – физкультурник. Он в этот раз был в штабе 22-й армии и достал там, каким-то образом, топографическую карту-миллиметровку (каждый километр – миллиметр), и сведения, что гитлеровцы «жмут» наши войска с флангов, подходя вплотную к Москве, и мы уже находимся в «мешке». Если гитлеровцы «завяжут мешок» нам придется выбираться к новой линии фронта. Неприятная весть, но мы посмотрели на карте и решили, что самый безопасный путь – это на северо-восток. Но к нашему счастью, «мешок» не был завязан – снабжение из Москвы поступало. Как ни старалось командование Черепановского автобатальона, а особенно его техническая часть, сохранить материальную часть автобата, но это не удавалось. Поэтому Черепановский автобат расформировали, и я попал в 262-й автобат. Наш Калининский фронт переименовали во Второй Прибалтийский фронт, ввели погоны и офицерские звания. 262-й автобат формировался в Курганском районе Челябинской области (после войны стал Курганской областью). Почти весь личный состав были сибиряки, много выносливей, чем из центральных областей России. Я был «безлошадный», то есть без машины, и в 262 автобате мне «не светило» сесть за машину, ибо никто не болел. Меня использовали в нарядах: в караул и на кухне. Иногда посылали помогать ремонтировать автомашину, иногда посылали в штаб артбатальона писать, на целую ночь, писать не могли, слипались глаза, но старшина давал поспасть сорок минут. Я удивлялся: война, а писанины невпроворот, помогал зам. потеху, когда он запустит свой учет. Когда настала зима, а зима была снежная и морозная, наш автобатальон встал на постой в одну из
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4