29 Шли годы, на глазах менялась жизнь в Одессе. Открывалось все больше рабочих мест, исчезли биржа труда и ночлежка, в места отдаленные сослали уголовников и проституток. В Гороховец я вернулся не скоро, но и здесь от безработицы не осталось и следа. Тяжкий период в истории страны кончился и, хотя был он непродолжительным, но можно представить, сколько судеб исковеркал, сколько молодежи сбил с пути. Потому и не понимаю я легкого отношения к слову «безработица».
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4