21 Цирковым артистом стать не мечтал, но нужда научила меня ловко хвататься на ходу за стояки и скобы тормозных площадок проносившихся мимо товарных поездов. Так и продолжал свой путь, не зная, когда он кончится. Приехав в Харьков, вдруг вспомнил, что давно не ел горячего, пошёл искать столовую. Остановился у здания с колоннами с названием «Идальня». Люди входили и выходили, спросил одну из женщин, где бы поесть. Женщина как-то странно посмотрела на меня и сказала: «Так вот же вы и стоите на крыльце столовой, а спрашиваете». Поел и отправился в обком профсоюза металлистов. Показали, в какой кабинет войти, там сидел немолодой мужчина, к которому я обратился: «Как мне устроиться на работу?» Он покачал головой из стороны в сторону и ответил: «Невозможно». Тогда я сказал: «На что же мне жить, у меня нет ни копейки денег». Он вынул из стола ведомость, сделал отметку в моём профсоюзном билете и выдал мне пять рублей с советом не задерживаться в Харькове, а попытаться найти работу в другом городе. Так Харьков «выплеснул» меня в русло дальнейшей дороги. Колеся по Донбассу, сидя на площадках товарняков, я видел пробегавшие по обе стороны терриконы породы, башни подъемников шахт с крутящимися вверху колёсами. Но не всегда дорога была безопасной. Однажды товарняк, на который мне нужно вскочить, шёл тихо, но тормозных площадок всё не было. Ждать уже нельзя, поезд набирает ход и тогда я вскочил на конусный стакан буфера, кое-как уселся на нём. Но поезд пошёл быстрее, тарелка буфера, за которую я держался, освободилась и стала крутиться. Я начал падать на бок, чувствуя, что будет мне, если упаду вниз головой, долго ногами за стакан буфера не удержаться. На моё счастье на другом буфере стоял крепкий парень, мой случайный попутчик. Он схватил меня за воротник пиджака и помог встать на буфер. Доехал я с ним до узловой станции и простился. Ко всему стал относиться как-то хладнокровно, понимал, что
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4