rk000000281

покровительствовал науки, но и сам в оных упражнялся, а паче в Астрономии. Таблицы Астрономическая, известные под его именем, равно как и первая история Ишпании, писаннная языком Ишпанским, суть плоды его трудов. Сверх того издал он книгу законов и написал многие другие сочинения. Он весьма желал внушить погруженным в невежество Ишпанцам любовь к наукам и художествам». Козодавлев называет два препятствия распространению просвещения в Средние века. Первое —несовершенство языков: «Все Европейские языки того времени были грубы, нечисты и даже неясны». Второе - цензура, самым страшным проявлением которой была Инквизиция: «Народ, объятый страхом, не смел и думать о приобретении в науках приращения; ибо при таком насилии ум человеческий не только останавливается, но и возвращается под мрачный покров невежества. Самый малый знак просвещения навлекал тогда подозрение; а подозрения достаточно было к лишению человека гражданского спокойствия, а не редко и жизни. Еде существуют таковыя судилища, там гражданин не знает безопасности; где же безопасности нет, там торговля, рукоделия, художества и науки процветать не могут». В преодолении первого препятствия Козодавлев выделяет итальянцев Данте, Петрарку, Бокаччо - создателей национального языка в XIV веке. При этом: «Во Франции и других Государствах учение было тогда покрыто корою педантства и варварства; ибо науки преподавались на языке Латинском и никто не имел попечения о вычищении языков народных». Затем Козодавлев после языков возвращается к другой своей излюбленной теме об университетах: «В исходе четвертагонадесять столетия славился Университет в Праге; но ссоры между учителями Богемскими и пришедшими туда из других областей Германии, привели оный в упадок тем, что многие Профессоры и студенты Прагу оставили и перешли в Лейпциг, который тогда назывался Липск [ Авт. прим.: Саксонские Историки сказывают, что сей город назван славянским названием Липск для того, что около него растет великое множество лип], где и учредился в 1409 году Университет и доныне процветающий к пользе и славе Германии»343. Козодавлев дает такую характеристику пятнадцатому столетию: «В пятомнадесять столетии всё переменялось или стремилось к перемене. Разум человеческий, бывший несколько веков угнетаем невежеством, начал новыми открытиями приобретать свои силы. Изобретение Компаса открыло новое поле мореплаванию и торговле ... Кореблеплавание подало случай к дальнейшим трудам в Математике. Сообщение разных между собой народов изощряло человеческие дарования и переменяло нравы и обычаи. Вссё стремилось ко взаимному просвещению. Иоганн Гуттенберг вь Страстбурге изобрел тиснение книг, и почитается по сему весьма важною причиною распространившегося потом просвещения между родом человеческим. Переходя ко второму основному по мысли Козодавлева препятствию на пути к просвеицению —цензуре, Козодавлев пишет: «Цензоры тех веков344 ни мало не различали цензуру от критики и думали, что заблуждения в науках не иным чем истребляются, как запрещением оныя печатать. Они не ведали, что заблуждения в науках, истребляются единственно критикою, открывающей путь к истине, и что книги запрещенные еще скорее распространяются и возбуждают в читателях большее любопытство, нежели таковые, кои не запрещены. Критика есть единственный способ к истреблению заблуждений. История каждой науки служит сему доказательством. География, Физика и все науки вообще были при начале своем наполнены заблуждениями и мало по малу от оных очищались критикою и взаимными ученых людей опровержениями. Пристрастное рассмотрение и запрещение книг в Испании и многих других Государствах, причиною невежества народнаго. Во Франции не только духовенство, но и самые Цари ^ 4 3 Напомним, что в Лейпцигском университете учился сам Козодавлев. 3 4 4 Имеются ввиду XIV и XV века. 116